Арт-политика

Евангелие от Иегуды

фото  Steve Day

фото Steve Day

После нескольких лет опытов с другими формами, Амос Оз вернулся к формату большого романа.

Действие в нем происходит в Иерусалиме на протяжении трех зимних месяцев 1959-1960 годов. Студент Иерусалимского Университета Шмуэль Эш оставляет учебу. Его подруга вышла замуж за другого, из-за банкротства отцовского мелкого бизнеса он перестал получать финансовую помощь от родителей, на фоне споров о разоблачении в СССР культа личности Сталина вначале раскололся, а потом и вовсе прекратил свое существование социалистический студенческий кружок, в котором состоял герой романа, а заодно и застряла его диссертация на тему «Иисус Христос глазами евреев».

Эш, добродушный рассеяный увалень-астматик, собирается уезжать из Иерусалима, но домой он не хочет возвращаться. Одно из возможных направлений отъезда — строящийся возле кратера Рамон город, где Эш подумывает наняться ночным сторожем на одной из городских строек, а потом остаться в городе учителем. В один из дней перед самым отъездом, Эш замечает на университетской доске объявлений довольно загадочное объявление о подработке для студента-гуманитария-холостяка. Это объявление приводит его в переулок раввина Эльбаза в одном из старых иерусалимских районов, где стоит дом, в котором живут двое. Пенсионер-инвалид Гершом Валед и Аталия. Работа Эша состоит в том, чтобы несколько часов в день беседовать с Гершомом, в прошлом учителем истории, острым интеллектуалом и любителем чтения, и при этом желательно с ним спорить, а не только соглашаться. Взамен Эш получает комнату на мансарде, и скромную зарплату. Аталия, которая более чем вдвое старше героя, сразу привлекает его внимание своей готической красотой и загадочной отрешенной холодностью. Со временем Эш узнает, какие отношения и какое прошлое связывают Гершома и Аталию.

Аталия была замужем за Михой, сыном Гершома, талантливым математиком, уже почти профессором, который, скрыв свою инвалидность (в юности у него вырезали почку) добровольцем пошел на разгоравшуюся Войну за Независимость, и там, будучи раненым, в пылу боя, был случайно оставлен позади товарищами по сопровождению транспортов в осажденный Иерусалим. После этого он был совершенно зверским образом замучен и убит арабами.

Сам дом в переулке раввина Эльбаза принадлежал папе Аталии, Шальтиэлю Абарбанелю, умершему через несколько лет после войны, и с тех пор в доме остались двое, Гершом Валед, и обеспечивающая уход за ним, Аталия. Она со времен гибели мужа никогда не имела постоянных связей с мужчинами,  и мгновенно разожгла пламя страсти в одиноком сердце Шмуэля Эша.

Шальтиэль Абарбанель, которого много вспоминают на страницах книги, является фиктивной исторической личностью, придуманной Озом. Как известно, в сионистском руководстве времен британского мандата, особенно в годы, предшествовавшие провозглашению государства Израиль, не было концептуальной оппозиции Бен-Гуриону. Оз решил такую оппозицию придумать. Это оппозиция одиночки-утописта, обреченная на заведомую неудачу. Интеллектуал сефардского происхождения, Абарбанель считает национальные государства, отделяющиеся друг от друга заборами с колючей проволокой, наследием варварского периода истории. Он считает, что народы, освободившись из под опеки британского мандата, должны зажить вместе в добрососедстве и сотрудничестве, и без всяких границ. Абарбанель рисует картины постоянной войны и напряженности, если будет принят план раздела на два государства. Этот совершенно утопический подход не находит никакого отклика ни у одной из сторон, Абарбанеля вынуждают уйти в отставку из органов сионистского управления. Начинается Война за Незавимость, где гибнет зять, и после войны Абарбанель, к которому в Израиле приклеивают ярлык «предатель», затворяется в скорбном доме, из которого он уже до самой смерти.

портрет Амоса Оза, Piet van den Boog (2007)

портрет Амоса Оза, Piet van den Boog (2007)

Аталия после гибели Михи проникается глобальной нелюбовью к мужскому роду, и, иногда отдавая мужчинам свое тело, никогда уже больше не способна полюбить кого то из них. Она считает, что ее отец был идеалистом, оказавшимся не в подходящем для его идеалов времени, но лучше было бы, чтобы возобладал его идеал, а не модель Бен-Гуриона, из-за которой она потеряла мужа. Картина истерзанного мужа, половой орган которого был отрезан и засунут ему в рот, преследует Аталию, и не дает ей нормально относится к мужчинам вообще.

Тема отношения людей к тем, кого они считают предателями, во временном слое романа, в котором происходит его основное действие, теснейшим образом перекликается с историей распятия Христа. Помимо отношения евреев на протяжении истории к личности Христа, Шмуэля Эша очень интересует тема Иегуды, как символа предательства.

Думаю, что если я изложу интерпретацию Озом поступка Иехуды, это не будет спойлером, ибо эта тема активно обсуждается в статьях, посвященных книге, и в беседе Оза с Эшколем Нево, опубликованной в Едиот Ахронот. Оз рассказывает в этом интервью-беседе, что его издавно интересовало то противоречие, которое существует по отношению к имени Иехуда/Иуда у евреев и христиан. У евреев это самое обычное имя, а вот у христиан оно несет абсолютно сакральный смысл, являясь символом зла и предательства. Надо сказать, что тема Иисуса вообще никогда не была чужда Озу, ведь его дядя, известный историк Йосеф Клаузнер, всю жизнь занимался исследованием этой темы, и его позиция по отношению к Иисусу хорошо известна — Клаузнер считал, что Иисус родился евреем, и умер евреем, и совсем не собирался основывать новую религию. Оз стал интересоваться личностью Иегуды из Кариота — почему человек, по тем временем довольно обеспеченный, продал Иисуса всего за 30 серебренников (цена самого среднего раба), зачем он целовал его, когда пришли стражники, которые должны были и так знать в лицо Иисуса, который уже навел шороху в Иерусалиме, и к тому же Иисус не скрывал своей личности? Почему Иегуда покончил жизнь самоубийством сразу после распятия, ведь его предательская миссия удалась?

В конечном итоге Оз выдвигает совершенно расходящуюся с общепринятой среди христиан версией поведения Иегуды. Версию, можно сказать, еретическую. Он называет Иегуду из Кариота первым, последним и единственным христианином!!

Иегуда был единственным последователем, искренне поверившим в то, что Иисус является посланцем Бога. Даже Иисус это не знал, а Иегуда — да. Он убеждает Иисуса оставить хождение по селам Галиллеи и демонстрацию чудес доверчивой сельской публике, а идти в самое сердце мира, в Иерусалим, и именно в канун праздника Пейсах, когда в город сходятся люди со всех окрестных земель. Там, по замыслу Иегуды, Иисус, при громадном скоплении народа, на глазах евреев, их духовных вождей, римлян, должен будет продемонстрировать ультимативное чудо — сойти с креста после распятия. После этого очень наглядного поступка люди поймут, что Мессия пришел, и будет создано новое царство всеобщего мира и благоденствия на земле.

В Иерусалиме Иегуда прилагает значительные усилия, чтобы организовать распятие. Он долго убеждает и римлян, и еврейское духовное руководство, которые вообще не обращали внимание на приход очередного сельского чудотворителя в город, о вреде Иисуса, и добивается своего. Иисус распят на казни, оргнизатором которой выступил Иегуда, он умирает на кресте, но к ужасу Иегуды не происходит то, во что он искренне верил, то, для чего он привел Иисуса в Иерусалим, и фактически отдал в руки палачей. Иегуда решает, что он ошибся самым жестоким образом — Иисус является обычном человеком, не Мессией, и этого человека, которого он очень любил, Иегуда убил практически своими руками. Снедамый чувством вины Иегуда вешается, и с тех пор его имя становится символом предательства. «Так умер первый, последний и единственный христианин», — этими словами завершается глава, описывающая смерть Иегуды.

Такое вот Евангелие от Амоса (Оза)

Роман написан очень мастерским пером. Озу уже 75 лет, он написал множество книг самых разных форм, переведен на кучу языков и владеет большим количеством литературных премий. Его мастерство уже никак не пропьешь, и роман Евангелие от Иегуды демонстрирует это в полной мере.

Невозможно сказать, что Оз написал это роман с целью понравиться зарубежной публике и таким образом, возможно, увеличить свои шансы на получение Нобелевки. Да, были случаи, когда эту премию получали авторы громких романов об Иисусе, и можно проследить связь между романами и премией (вспомним Сенкевича и Сарамаго), но предложенный Озом нарратив тех событий настолько рвет канонический шаблон христианского мира по отношению к Иегуде, что трудно представить его благосклонное принятие широкой читательской общественностью за Западе. Да и шведской Академий тоже. Конечно, всякое может быть, но я сильно удивлюсь, если этот роман получит признание на Западе, какое обычно получают романы Оза.

В романе Гершом Валед говорит о том, что счет христиан к евреям намного более коренной и глубинный, чем счет мусульман к евреям, ибо он касается краеугольного догмата христианской религии, и поэтому вражда христиан и евреев будет вечна. В беседе с Нево сам Оз говорит о том, что в данный момент, конечно, рост мусульманского фанатизма затмевает прочие исторические счета и конфликты, а в концептуальном плане вина в постоянной эскалации насилия лежит на фанатизме, питающем фанатиков самых разных мастей — мусульманских, христианских, правых и левых радикалов.

Оз говорит о том, что его всегда интересовала тема «предателя». Не банального предателя-продавца родины, друзей, секретов и всякого такого прочего, а «предателя» как человека, который таковым кажется современникам из-за того, что он слишком выбивается из насущного мейнстримного потока. Сам Оз десятилетиями считался, да и сейчас считается в определенных кругах, предателем, так как издавна призывал решить израильско-палестинский конфликт путем раздела на два государства. А сейчас, по крайней мере пока что, такая позиция уже не считается предательством, ее занимали премьер-министры, и даже нынешний наш руководитель декларировал приверженность к ней. По отношению к модели Абарбанеля vs. модель Бен-Гуриона, как и все персонажи книги, кроме Аталии, Оз тоже считает, что в условиях того времени у нее не было абсолютно никаких шансов на воплощение в жизнь.

Помимо исторических и актуальных наслоений, роман остро проникнут сексуальным напряжением между Шмуэлем и Аталией. Если отвлечься от историко-религиозной парадигмы романа, можно видеть в нем историю любви молодого одинокого мужчины, и уже немолодой, и очень одинокой женщины, навсегда травмированной смертью любимого мужа.

Атмосфера зимнего разделенного стеной Иерусалима, его улочек, его воздуха, передана Озом просто замечательно. В книге имеется познавательный обзор зафиксированной в источниках истории отношения евреев к Христу на протяжении столетий.

Сопутствующие материалы:

Игаль Шварц о романе. Шварц увидел в нем также аллюзию на знаковый в истории сионизма роман Герцеля Альтнойленд.

Беседа Орина Мориса с профессором литературы Рут Картон-Блюм.

Тут тоже есть интересные наблюдения. Например, герой вешает в комнате на чердаке, где он живет в доме Гершома и Аталии, большой постер с молодыми кубинскими революционерами. Напоминаю, это идет 1959 год. Постер несколько раз упоминается в книге, и Эш оставляет его висеть в комнате, когда покидает дом. По мнению Картон-Блюм, Оз заложил тут еще один маячок по теме предательства и последующего распятия — на постере, своим мотивом похожим на картину последней трапезы Иисуса, явно изображен Че-Гевара, позже поехавший экспортировать революцию в Южную Америку, и убитый в боливийских джунглях. Он как-бы трагический герой в той истории, принесенный в жертву идее продолжения революции.

Беседа Амоса Оза с Коби Мейданом в рамках передачи חוצה ישראל (за ссылку спасибо 1benrinnes!)

Беседа Эшколя Наво и Оза, приуроченная к выходу книги

Очень и очень рекомендую эту книгу!!!!

Блог автора в ЖЖ

Посты блогеров размещаются на сайте РеЛевант без изменений стилистики и орфографии первоисточника. Исключения составляют нецензурные выражения, заменяемы звездочками. Мнения блогеров могут не совпадать с позицией редакции.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x