Общество

Кадр видео

О людях и нелюдях

Я криминолог по профессии и циник по натуре. Наверно, поэтому мне необыкновенно интересно понять, какие процессы происходят в мозгах людей, подобных Мохову. И несмотря на этот мой интерес, интервью произвело пакостное впечатление. У Собчак получилось дать нелюдю, который даже не понимает, что он нелюдь, погреться в лучах славы, которая ему –"по кайфу".

О скопинском маньяке и его скандальном интервью Ксении Собчак не слышал только ленивый.

Кто поленился – ссылка  вот.

Обитатели соцсетей горячо обсуждают, что это было? Банальное «хайпожорство» и простите, какой-то подвид морального каннибализма — или же, наоборот, пример качественной журналистики, ведь по идее журналист должен уметь абстрагироваться от ситуации, от действующих лиц и показывать реальность as is? Без прикрас. Снимает же кто-то прямой эфир из зон боевых действий, когда куски тел пролетают рядом с камерой?

Меня лично эта история задела так, что я не могу прийти в себя уже пару дней. Я просмотрела все статьи, посмотрела само интервью с Моховым, интервью с девушкой, которую он мучал. Не могу назвать ее жертвой, она не жертва, уже. Сильная, смелая женщина, пережившая трагедию, не боящаяся говорить об этом. Искренне восхищаюсь.

Возвращаясь к интервью, у меня лично после просмотра осталось четкое ощущение, что я искупалась в грязи.

Я криминолог по профессии и циник по натуре. Наверно, поэтому мне необыкновенно интересно понять, какие процессы происходят в мозгах людей, подобных Мохову. Нет, не оправдать, невозможно оправдать абсолютное зло. Но понять.  Как обычный человек, чей-то сын, чей-то друг, добрый дядюшка по соседству, потихоньку превращается в чудовище. Этот процесс превращения одного хомо сапиенса вульгарис в чудовище, не происходит за один день, человека кусает монстр, и он идет убивать и насиловать.  Меня всегда интересовала обыденность зла, к примеру, нацистов – как так получается, что милый немецкий юноша, с пушком на румяных щеках вешает детей, а потом фотографируется на их фоне. И интересовала именно с точки зрения психологических внутренних процессов.

И несмотря на этот мой интерес, интервью произвело пакостное впечатление. Я задумалась. Возможно ли, что личность журналиста так повлияла на мое восприятие? Я не большой знаток российского телевидения, я только краем уха слышала отзывы о Ксении Анатольевне, но видела ее, так сказать в деле, первый раз. Но даже моих скудных познаний хватило. Отреагировала бы я так же, если бы это интервью брала, допустим, наша Илана Даян?

Я смотрела интервью с Тедом Банди, снятое незадолго до казни. Было ощущение легкого ужаса, какое-то болезненное удовольствие, как при расчесывании любимой болячки, мысль, слава богу, что этого человека больше нет. Но посмотрела и забыла, такого противного послевкусия, как после интервью с Собчак – не было.  Наверное, потому, что с Банди разговаривали в тюремной камере и за неделю до казни, а не в собственном доме, попивая пивко. И бравший интервью был в тени, большую часть времени, не подбирая ботинки и свитер под цвет обоев. Не спрашивая у монстра, нравится ли ему повышенное внимание, а спрашивая, что он чувствует, зная, что завтра умрет.

Публикуя видео, сама Собчак сообщила, что предвидит шквал критики в свой адрес из-за этого интервью, отметив, что ее команда решила воспользоваться своим правом как журналистов и «исследовать границы добра и зла».  Возможно, у нее были именно эти мотивы. А возможно ей хотелось пропиариться на трагедии, что, учитывая 3,8 миллионов  просмотров, ей, несомненно удалось. Но и только.

Всего остального – не получилось.  Получилось дать нелюдю, который даже не понимает, что он нелюдь погреться в лучах славы, которая ему –»по кайфу» (с).  А вот показать обыденность зла, которому можно посмотреть в глаза – не получилось. Не помог разговор с девушкой, пленницей, не помогли даже комментарии спеациалиста – профайлера. Не вышло пронзительного, резкого интервью, которое пробирает до мурашек.  Вернее как, мурашки были. Но не от осознания, что такие люди, как Мохов живут среди нас. А от того, что среди нас живут люди, для которых нет моральных границ, понимания, как можно, а как нельзя.  Нельзя даже журналисту, даже в погоне за сенсацией.  Никому нельзя. Несмотря на всю свободу слова.  Иначе следующим этапом будет предложить маньяку воссоздать свое преступление. В прямом эфире.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x