Общество

Афганская семья. Фото: The Advocacy Project

Израиль, прими!

Израиль - страна, фактически созданная беженцами - в отличие от подавляющего большинства западных стран, беженцев не принимает, за редчайшими исключениями. Это тем более странно, что после Второй мировой войны, в 1951 году, Израиль стал не просто подписантом, но одним из инициаторов Конвенции о статусе беженцев. При этом, по моему мнению, отказ принимать беженцев никакой необходимостью не объясняется. Это банальное жлобство в государственном масштабе.

Депутат Кнессета от партии МЕРЕЦ Габи Ласки сообщила на своей странице в «Твиттере», что в связи с событиями в Афганистане обратилась к министру иностранных дел и премьер-министру с просьбой начать принимать в Израиле афганских беженцев. «Это было бы гуманно и человечно», — заключила Ласки. Твит Ласки откомментировала Шефи Паз, одиозная активистка борьбы против африканских просителей убежища: «Гуманно и человечно было бы поставить тебя и твоих друзей к стенке». Позволим специалистам делать выводы о состоянии душевного здоровья Паз, которое уже давно внушает опасения. Проблема в том, что если не по форме, то по сути с ней наверняка согласно большинство израильтян. Более того: такова политика Израиля. Израиль — страна, фактически созданная беженцами — в отличие от подавляющего большинства западных стран, беженцев не принимает, за редчайшими исключениями.

Это тем более странно, что после Второй мировой войны, в 1951 году, Израиль стал не просто подписантом, но одним из инициаторов Конвенции о статусе беженцев. Казалось бы, логично: народ, пострадавший от нежелания других стран принимать бежавших от нацизма евреев, хотел создать механизм, который бы предотвратил подобные ситуации в будущем – для всех народов. Правда, всего за три года до того Израиль стал причиной исхода 750 тысяч палестинских беженцев, запретил им возвращение и отжал их имущество, но это тема для другого разговора. Для нас сейчас важно, что, окрепнув, Израиль тем самым решил проблему убежища для евреев, а про конвенцию и думать забыл.

Меня как гражданина Израиля это очень печалит. Моральный облик моей страны и так далек от идеала, однако некоторые ее неприглядные действия можно хотя бы частично оправдать необходимостью. Отказ принимать беженцев никакой необходимостью не объясняется. Это банальное жлобство в государственном масштабе.

За последние годы я потратил множество часов на дискуссии на эту тему, и вот сейчас, на новом витке интереса к ней, я решил изложить основные аргументы и контраргументы в форме разговора с воображаемым оппонентом – хотя бы для того, чтобы впредь было достаточно просто предъявить ссылку. В конце концов, споры (не только на эту тему) почти всегда развиваются по одному и тому же сценарию.

— Беженцы – это преступность.

— Среди «новеньких», если только это не обеспеченные, образованные иммигранты, приехавшие на хорошую зарплату, уровень преступности почти всегда выше, при этом преступления, конечно же, все равно совершают единицы. Интересным примером являются США: все крупные мафиозные структуры там были организованы иммигрантами, пытавшимися таким образом выжить — ирландская мафия, итальянская мафия и, конечно же, еврейская мафия.

— И зачем нам эти лишние преступления? Зачем лишние проблемы, лишние траты?

— Концепция приема беженцев изначально подразумевает, что принимающая сторона идет на некоторые неудобства, траты и риски ради гуманизма. К примеру, одним из основных аргументов против приема еврейских беженцев в ходе войны было возможное наличие в их среде немецких шпионов. Это не такое невероятное предположение, как может показаться: немцы могли замаскировать своих агентов под евреев, а могли и шантажировать настоящих евреев судьбой оставшихся позади родственников. Тем не менее, Израиль и весь мир сейчас не считает этот аргумент веским.

— Но ведь евреи – это другое дело! Они убегали от верной смерти.

— Но тогда это не было известно. В 1938 году, когда состоялась печально известная Эвианская конференция, «окончательное решение» еще даже не маячило на горизонте. Евреи бежали от преследований, но не от смерти. Когда же сведения о геноциде евреев просочились на Запад, война уже шла полным ходом, и мало кто из евреев мог вырваться из лап нацистов. Следовательно, логика тех, кто тогда отказывал в убежище евреям, ничем не отличается от логики тех, кто сегодня отказывает в убежище афганцам. Однако эта логика была ошибочной и аморальной тогда и остается таковой сейчас. Хочу также напомнить, что США выдавали статус беженцев советским евреям, которые уж точно не спасались от геноцида. Геноцид – далеко не единственное зло, от которого человек имеет основания и право бежать.

— Но афганцы – мусульмане, следовательно, они враждебны нам, и принимать их неразумно и опасно!

— Население Израиля состоит из мусульман почти на 20%. У кого повернется язык назвать пятую часть граждан страны ее врагами? Кроме того, Израиль не принимает никаких беженцев, а не только мусульман, следовательно, вероисповедание потенциальных иммигрантов – просто отговорка. Обратимся вновь к опыту США: они принимают беженцев из исламских стран, в том числе таких, где сами США ведут боевые действия. Нельзя гарантировать, что все беженцы будут испытывать теплые чувства к принявшей их стране, однако обычно именно так и происходит, это нормальная человеческая реакция. Наконец, разве Израиль сегодня не дружит взасос с такими исламскими странами, как ОАЭ и Бахрейн? Не доказывает ли это, что не все мусульмане враждебны Израилю?

— Израиль – страна особая, мы имеем право не пускать к себе чужаков.

— Этот аргумент мне знаком, он применяется не только в дискуссиях о беженцах, но и для оправдания других неприглядных действий Израиля. Мне он кажется отвратительным. Отцы-основатели сионизма, начиная с Теодора Герцля, мечтали именно о НОРМАЛЬНОМ государстве для евреев, о государстве, которое было бы достойным членом семьи развитых, демократических стран. Забота об этнической чистоте населения с этим никак не сочетается. Все страны, принимающие беженцев, устанавливают квоты, и никто, включая меня, не требует от Израиля принять миллионы или даже сотни тысяч беженцев. Однако отказ принимать беженцев вообще не имеет ничего общего с сохранением еврейского большинства. Это – забота об этнической чистоте, нелегитимная в современном обществе. Не случайно, инициируя Конвенцию о статусе беженцев, Израиль не попытался исключить себя из сферы ее действия на основании своей «особости». Израиль – не единственное мононациональное государство в мире (да и не такое уж мононациональное, учитывая численность арабского населения), и это его свойство не дает ему никаких особых прав.

— Знаете, если вам так нравятся беженцы, возьмите парочку к себе пожить!

— Повторюсь: США в какой-то момент стали давать статус беженцев советским евреям. За это боролось множество людей, от которых почему-то не требовали, чтобы они взяли парочку евреев к себе домой. Это глупый аргумент, поскольку государство так не работает. Если я призываю свое государство тратить ресурсы на определенные цели, это не значит, что я запускаю руку в чужой карман. Этот карман настолько же мой, насколько и ваш. Вы имеете право требовать, чтобы государство тратилось на ешивы и поселения, я имею право требовать, чтобы оно тратилось на прием беженцев. При этом я не обязан брать беженцев к себе домой, а вы не обязаны лично кормить ешиботников.

— И все же, есть ли для нас хоть какая-то выгода от приема беженцев?

— Хотя это и не главное, я считаю, что есть. Прием беженцев был бы хорошим способом немного подлатать стремительно ухудшающийся имидж Израиля. Прием беженцев конкретно из исламских стран, таких как Афганистан и Сирия, способствовал бы улучшению отношения к нам в исламском мире. Наконец, существует и более глубокий, почти философский аспект: я считаю, что аморальная, жестокая государственная политика калечит общество. Милосердие к чужакам нужно не в последнюю очередь нам самим.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x