Конфликт

На месте теракта в Иерусалиме. Фото: Yonatan Sindel/Flash90

И тогда  - бац! Мечта о сосуществовании исчезла

Сейчас все пытаются говорить о необходимости восстановливать все после разрушений. Но правда состоит в том, что только решение главного вопроса может что-то существенно изменить, а главный вопрос – это прекращение оккупации и заключение соглашения, которое распространится и на Израиль.

Ровно год назад, когда начала распространяться эпидемия короновируса, в арабском секторе заговорили о его природе. Идёт ли речь о естественной эпидемии или, может быть, она искусственная? Появились разного рода предположения и рассуждения, и в социальных сетях вовсю принялись обсуждать всевозможные теории заговора, некоторые из них были ужасающими, но попадались и довольно забавные. Начиная с версий о том, что целью этого заговора является сокращение населения земного шара с помощью созданного в лаборатории вируса и, заканчивая уверенностью в том, что арабы обладают природным иммунитетом, потому что они едят много затара (иссоп), чеснока и оливкового масла. Со временем, серьёзное отношение возобладало, а вместе с ним повысилась и сознательность. И большая часть арабской общественности вернулась к реальности и поняла, что в мире действительно существует опасная эпидемия, с которой необходимо бороться.

В то время во всём обществе в целом и в арабском секторе в частности появились те, кто пестовал другую, позитивную и обнадёживающую иллюзию, которая по сути своей была правильной: вирус не делает различий между арабами и евреями, его не останавливают ни разделительные заборы, ни контрольно-пропускные пункты. В Нацерете и в Шхеме происходит то же самое, что и в Тель-Авиве. Арабские врачи и специалисты работали, не покладая рук, в своих отделениях, еврейские и арабские медицинские и лабораторные бригады чувствовали солидарность, которая иногда била чрез край. Тогда казалось, что в каждом репортаже о борьбе с короновирусом всегда должен присутствовать араб.

В стране ощущалась другая атмосфера, свежая и позитивная. На телевидение и радио постоянно приглашали специалистов с арабским акцентом, и народ узнал множество новых имён арабских руководителей отделов и начальников отделений. В арабских районах отмечалось редкое явление – солдаты ЦАХАЛа в арабских районах разносили посылки с гуманитарной помощью для пожилых людей. Консерваторы в арабском обществе опасались: не удастся ли с помощью продовольственных наборов сделать то, что не удалось сделать силой оружия, и не окажется ли арабское общество под властью военных?

Политики, в свою очередь, пытались оседлать новую волну. Нафтали Беннет посетил Кфар-Касем и Тайбе и рассказал жителям о необходимости наладить тесное сотрудничество для борьбы с короновирусом. Не отставал, конечно, и глава правительства, который тоже прекрасно понимал, что представившуюся возможность нельзя упустить. И те, кто «массами ломились на избирательные участки» в 2015 году его больше не пугали, а совсем наоборот. Он посетил Умм-эль-Фахм, Нацерет, Тиру и Арару в Негеве, и даже говорил там по-арабски, что всем нужно сделать прививку. В Негеве некоторые жители радостно встречали его со словами: «Абу Яир, заходи на чашку кофе». Это прозвище ему очень понравилось, и оно прижилось: огромные плакаты с надписью «Абу Яир» стали появляться в арабских населённых пунктах, особенно накануне последних выборов.

Он посетил Умм-эль-Фахм, Нацерет, Тиру и Арару в Негеве, и даже говорил там по-арабски, что всем нужно сделать прививку. В Негеве некоторые жители радостно встречали его со словами: «Абу Яир, заходи на чашку кофе»

Новый политический игрок оказался в высшей лиге израильской политики – это председатель партии РААМ, депутат парламента Мансур Аббас. «Я не нахожусь ни в чьём кармане», – сказал он, и в отсутствие еврейского большинства правые стали относиться к нему, как к спасителю. Эйфория охватила и средства массовой информации, и Аббас перелетал из студии в студию в прайм-тайм, выступая перед израильскими зрителями в ​​восемь часов вечера, в то время как лидеры «Объединённого списка» и левые сионисты могут лишь мечтать о столь престижных минутах трансляции. «У меня есть мечта», – сказал однажды Мартин Лютер Кинг, и здесь мечта сбывается: от того, чью сторону займёт Мансур Аббас, кому он отдаст голоса зависит, какое правительство будет создано при поддержке арабов.

А потом, когда всё было так близко – произошёл «бабах». Четырём палестинским семьям в Шейх Джарахе удалось с помощью полевых активистов и социальных сетей передать сообщение: когда вы мечтаете о стратегических изменениях на политической и социальной арене, мы в буквальном смысле слова боремся за само право жить в наших домах. Затем, в начале Рамадана, молодым людям аль-Кудса запретили сидеть на ступенях Шхемских ворот, и эти ступени внезапно стали стратегическим объектом. Крайне правые поняли потенциал этого объекта, что сидение там являются символом суверенитета, и к тому времени, когда генеральный инспектор полиции осознал, что происходит и приказал снять ограждения, было уже слишком поздно. Затем произошли события на площади у мечети Аль-Акса, шумовые гранаты, дым и полицейские, ходящие в ботинках по коврам в мечети. Даже арабы-бедуины на севере вышли из состояния покоя.

Ситуация с Газой только усилила гнев и разочарование. Смешанные города, арабские жители которых считались среди своих «слабаками», не остались равнодушными. Всё было в огне, накал гнева был намного сильнее, чем в октябре 2000 года.

То, что всего месяц назад было радужной мечтой о сосуществовании и влиянии, исчезло в одно мгновение. Евреи и арабы снова оказались на линии столкновения, телестудии захлестнула волна ненависти, некоторых «ручных» арабов вызвали, чтобы они говорили на иврите, потому что необходимо было поддерживать баланс, и они стали во имя патологической симметрии оправдываться и защищаться. В это время бомбили Газу, бомбили и Сдерот, в Бат-Яме линчевали араба и выстрелили в ещё одного в Лоде. Примитивная ракета ХАМАСа по сравнению с израильской управляемой ракетой, выпускаемой из  F-16 – это  баланс, и таким он должен быть. Главное, чтобы араб не мыслил категориями истинного равенства.

Фактически арабы были почти одни во время этого витка противостояния. Большинство левых и центристов стали по струнке, заняли милитаристскую позицию и отказались противостоять агрессии и войне. Организации гражданского общества, смысл существования которых – борьба за сосуществование, были своего рода красивой декорацией на заднем плане, но они не смогли выступить с какой-либо политической или медийной альтернативой. Спустя десятилетия, можно сделать вывод, что в Израиле всё ещё не выработался еврейско-арабский социальный иммунитет.

Сейчас все пытаются говорить о необходимости восстановливать все после разрушений. Но правда состоит в том, что только решение главного вопроса может что-то существенно изменить, а главный вопрос – это прекращение оккупации и заключение соглашения, которое распространится и на Израиль. А до тех мы будем жить от иллюзии к иллюзии, пока реальность снова не взорвётся на наших глазах.

Оригинал на сайте «Гаарец»

Мнения авторов могут не совпадать с позицией редации

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x