Арт-политика

Давид Зебба и Иналь Хури . Фото Йоси Цвекер

Цветы на голом склоне  

Директор оперы Цах Гранит и глава консерваториона в Нацерете, создатель амуты «Полифония» и  оркестра в Галилее  Набиль Абуд Ашкар говорили перед началом о том, как мир нуждается в красоте. Мэр  Тель-Авива  Рон Хульдаи в своей привычной серьезно- ироничной манере выразил надежду на обновление и умиротворение.

Если попытаться определить ситуацию в стране с помощью музыкальных понятий, то главной метафорой можно выбрать итальянский термин каприччио, т е.   произвольно.  Произвольно очень многое, нет смысла  перечислять. Газеты и прямые эфиры приносят ощущение смятения и досады. Нет уверенности и стабильности.

Сейчас самым актуальным и прекрасным становится пожелание мира. Ведь всех знобит от предчувствий, фактов, дискуссий…Злоба зашкаливает, просто злоба – без логики здравого смысла.

Амута «Полифония» совместно с израильской оперой позвала на концерт, который получил название «В один голос». Этот концерт – кроме чисто творческого, художественного смысла — имел целью показать совместную гармоничную работу еврейских и арабских  артистов. Продемонстрировать добрую волю и взаимное уважение двух народов, живущих рядом. Я сказала «рядом», потому что сегодня не получается выговорить «вместе». Зал израильской оперы, этот парадный, знавший истинные восторги и громовые аплодисменты зал  был практически полон. Нарядная публика ждала музыку.  Настроение было приподнятое, — ведь подобные концерты дают лучик надежды, пусть тонкий и эфемерный, но все же…

Директор оперы Цах Гранит и глава консерваториона в Нацерете,  создатель амуты «Полифония» и  оркестра в Галилее  Набиль Абуд Ашкар говорили перед началом о том, как мир нуждается в красоте. Мэр  Тель-Авива  Рон Хульдаи в своей привычной серьезно- ироничной манере выразил надежду на обновление и умиротворение.  Министр культуры Хили Трупер был особенно тих, краток и сдержан, словно он пока не имеет реальных оснований для оптимизма.

Все чиновники и организаторы сказали свои слова – и зазвучала музыка.  Ансамбль струнников¸ состоящий из юных музыкантов консерваториона в Назарете  и тель-авивского консерваториона,  под дирижерскую полочку Низара Алькатера сыграли восточный пряный напев, весенний, красочный, как ковер ручной работы. Оркестр «Галилея», соединивший в этот вечер блестящие таланты и истинный профессионализм,  звучал гибко и вдохновенно. Бизе, театральный и пламенный, Моцарт, который так же умеет развлечь, утешить¸ как и предлагает взглянуть на мир и на  себя с вершины человечности и мудрости¸ всегда украшение.  Всегдашнее   напоминание о возможности гармонии и счастья.

Дирижер, композитор, триумфатор нового явления в израильском оперном королевстве (накануне мы были благодарными и очарованными слушателями его «Матерей», новой оперы, где он выступил и как либреттист)  Давид Зебба умеет зажечь. Музыкантов и зал. Энергичный¸ погруженный в музыку без остатка, он явление и вектор. На сцене сменяли друг друга певцы и солисты- инструменталисты. И оркестр будто вел беседу и с прошлыми веками – и с залом, в котором в этот вечер  была не совсем обычная публика.

Концертная  программа была насыщенной и очень театральной. Шакед Струль, Таль Бергман, Одед Райх, Вероника Брук разыгрывали калейдоскопические,  соединенные в маленький  спектакль сцены из «Свадьбы Фигаро», «Так поступают все женщины», «Дон Жуана», «Волшебная флейта». Вокал нельзя назвать безупречным, но наши вокалисты интересны и убедительны в том, что там, где они не допоют – они успешно доиграют. Возьмут энергией, экспансивностью  лица, плеч, рук. В общем – темпераментом и азартом. И слушатели все оценили. Скрипач Ямен Сади солировал в одном из самых знаменитых произведений, написанных для скрипки- Интродукции  и Рондо –каприччиозо Шарля Камиля Сен- Санса.   Музыка, которую можно трактовать  во множестве разных вариантов, звучала свежо и элегантно. Не знаю, почему почти все великие музыковеды считают Сен-Санса прекрасным мелодистом¸ но при этом отказывают ему в глубине. Музыка  французского волшебника дарит ощущение разнообразия и грандиозности мира. Измученный личными невзгодами¸ он всегда оставался приятным человеком, тружеником, певцом красоты. В его музыке время и судьба словно превращаются в цветущий луг.  Солист Ямен Сади преподносил эту эффектную музыку в полной солидарности с оркестром, перебирал пассажи с техническим блеском и нежностью садовода, который касается диковинных цветов.

Флейтист Марон Хури в моцартовском Концерте для флейты продемонстрировал естественность и красоту звучания. Блеск техники и артистизм. Высокий уровень музыкантской культуры,  – его союз с оркестром был безупречным… Оперная певица Вероника Брук исполнила две арии Царицы ночи из шедевра Моцарта, таинственной оперы «Волшебная флейта». Эти арии – апофеоз сложности для всех  колоратурных сопрано. Показатель мастерства. Своего рода лакмус. И это было достойно, уверенно и в образе  (Царица ночи – странная дама, то злая колдунья, то заботливая и нежная мама…).

Зал аплодировал всем участникам этого праздника от всей души, горячо, благодарно.  Улыбки и свет в глазах фонариками освещали июньский вечер.  Что можно к этому добавить? Шекспир писал в своем сонете: «Прислушайся, как дружественно струны вступают в строй, и голос подают…». Тут есть прекрасное слово «дружественно». Без согласия музыка фальшивит. Так же и в жизни. Всегда. Пусть же наши жизненные концерты будут избавлены от фальши.  Общество почувствует себя лучше.  Одна акция – ничего, пустяк, даже простая формальность. Но и одна ласточка может стать доброй приметой. И одна струна дает надежду. Когда совсем темно и горько.   Мира вам¸ господа.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x