Ваши права

Сектор Газа. Photo by Abed Rahim Khatib/ Flash90

Вас волнуют ваши права?

Кому-то не нравится концепция «зеленого паспорта» и ограничения для тех, кто не прошел вакцинацию, кто-то взбешен из-за того, что аэропорт закрыт и он или его родственники не могут вернуться из заграницы или вылететь туда. А нарушения прав других людей – палестинцев, беженцев или граждан других стран - воспринимаются достаточно равнодушно, скорее, как должное - «ну а как с ними иначе-то можно». 

Президент США Джо Байден пока успел поговорить всего с одним ближневосточным лидером – Биньямином Нетаниягу – тогда как его госсекретарь, Энтони Блинкен, совершил несколько десятков телефонных разговоров с министрами иностранных дел, премьер-министрами и лидерами ближневосточных стран. Практически каждый такой разговор включал слова о необходимости защиты прав человека и свободы слова – в этом можно убедиться, пробежав по Твиттер-странице госсекретаря. Как и следовало ожидать, после четырех лет эры Трампа, когда единственное право, которое обсуждалось было право сильного, администрация Байдена вновь вводит в обращение подзабытые термины и концепции, и Ближнему Востоку придется к этому привыкать.

Но могут ли слова, даже если это слова госсекретаря США или даже президента США изменить ближневосточную действительность, в которой  у власти в арабских странах находятся, по большей части, автократы или диктаторы, для которых права человека или свобода слова это не более, чем пустой звук? Учитывая, что всего за месяц правления Байдена Египет, Саудовская Аравия и Бахрейн освободили из тюрем нескольких диссидентов, правозащитниц и журналистов, слова, которые произносят в Вашингтоне обладают весом. В Египте освободили журналиста телеканала Аль-Джазира, находившегося три года под административным арестом, в Саудовской Аравии выпустили из тюрьмы активистку Луджайн аль-Хатлуль, которая добивалась права на вождения автомобиля женщинами и согласно заявлениям ее родственников, подверглась насилию в тюрьме, а в Бахрейне вышли на свободу 14-летние подростки, которым грозил 25-летний срок за участие в протестах против королевской семьи.

В тюрьмах этих и других арабских стран по-прежнему остаются десятки, а где-то и сотни правозащитников и журналистов, которые делали свое дело и внезапно стали врагами народа, изменниками и шпионами. Те, кто когда-либо жил на бескрайних просторах бывшего СССР прекрасно знают, как это бывает. Сегодня ты всемогущий военачальник, маститый врач или серьезный ученый, а завтра тебе выбивают зубы в застенках, добиваясь признания в контактах с мексиканской разведкой. Вчера ты был известным журналистом, вхожим в королевский дворец, а сегодня твое бездыханное тело расчленили на территории саудовского консульства, чтобы другим неповадно было. Или же речь может идти о палестинском школьнике, которому выстрелили в спину снайперы, потому что он был похож на подозреваемого подростка-камнеметателя.

Многие считают, что все эти экстремальные случае безумно далеко от них самих, и что если нормативный человек не будет нарушать законы, то его персональным правам ничего не угрожает. Но можно ли продолжать спокойно спать, пока рядом чью-то голову превращают в кровавое месиво? К сожалению, попирание прав человек начинает беспокоить конкретного человека только тогда, когда он чувствует, что власти попирают его личные права и свободы. В год короны таких прецедентов было предостаточно.

Кому-то не нравится концепция «зеленого паспорта» и ограничения для тех, кто не прошел вакцинацию, кто-то взбешен из-за того, что аэропорт закрыт и он или его родственники не могут вернуться из заграницы или вылететь туда. Тема нарушения прав человек очень беспокоит тех, кто не может вступить в брак в государстве в Израиль, совершить покупки в шаббат или отправиться к морю на автобусе в праздничный день. Вместе с тем, нарушения прав других людей – палестинцев, беженцев или граждан других стран воспринимаются достаточно равнодушно, скорее даже как должное «ну а как с ними иначе-то можно».  Как писал Довлатов, «Мы их не знаем. Однако на всякий случай презираем и боимся».

Проблема этой идеологии заключается в том, что права человека лучше всего соблюдаются, когда их есть в достатке для всех, а не в том случае, когда это привилегия для избранных. Если свобода слова является прерогативой только для тех, кто приближен к кормушке, то завтра этот кто-то может быть отброшен от кормушке в сторону по любой причине – провинился. недостаточно хорошо показал себя или просто надоел. В том случае, если полицейский произвол касается только определенных групп населения, то завтра это может коснуться и тебя, а резиновая дубинка или водомет будут обращены против твоей сестры или матери. Только когда права человека универсальны и всеобъемлющи, один отдельно взятый человек может чувствовать себя в безопасности, и это верно для любого общества и для любого уголка нашей планеты.

Так что можно только поаплодировать членам новой американской администрации, которые намерены активно форсировать тему защиты прав человека и свободы слова на Ближнем Востоке и в других регионах, где человек — не более, чем придорожная пыль. Все остальные от этого только выиграют.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x