Политика

Верховный суд. Фото: by Yossi Zamir/POOL

Есть судьи в Иерусалиме?

Аргументы сторон просты. Требующие запрета для депутата под обвинением (читай – Нетаниягу) формировать правительство говорят, что он не сможет полноценно исполнять свои обязанности, так как  будет занят судебным процессом. На аморальность самого такого факта эта сторона не напирает, ибо говорить о морали политиков как-то смешно. Сторонники Нетаниягу, в свою очередь, напирают на волю народа, выраженную в результатах голосования.

Трансляция заседания Высшего суда справедливости в прямом эфире – вещь для Израиля новая.

Впрочем, те, кто ждал увлекательного судебного шоу, были, подозреваю, разочарованы. Я лично ничего и  не ждал. Я прекрасно понимал, что реальное судебное заседание мало похоже на столь популярные юридические телесериалы и фильмы с блестящими речами адвокатов и прокуроров, мудрыми репликами судей и сенсационными откровениями.  Представшее перед нами зрелище, на мой взгляд, было достаточно скучным. Адвокаты нудно перечисляли пункты и подпункты законов, говорили монотонно — никаких блестящих фигур речи, ярких ассоциаций, метких афоризмов. Не Плевако, одним словом.  Председатель Верховного суда Эстер Хают вообще, к моему удивлению, оказалась весьма косноязычной дамой и порой путалась и заикалась,  пытаясь сформулировать вопрос к адвокатам сторон. При этом, было явно видно, что все судьи, да и прочие участники процесса, ни на секунду не забывали, что на них через объективы телекамер смотрят граждане страны.

Зато в пятичасовых эфирах всех телеканалов «эксперты» уже вовсю обсуждали «язык тела» и, извините за кажущуюся тавтологию, «язык языка» судей. По характеру вопросов пытались угадать намерения судей и предсказать будущий вердикт. В общем, пока неясно, насколько телевизионный формат хорош для рассмотрений вопросов такого рода. Хотя, конечно, как «свобода лучше, чем несвобода» (давний афоризм Дмитрия Медведева), «открытость суда лучше, чем закрытость».

А теперь – по существу рассматриваемых в суде исков. В это воскресенье БАГАЦ рассматривает вопрос, который может повлиять на весь дальнейший ход политической истории Израиля. На протяжении всей моей тридцатилетней жизни в Израиле я не помню такого «судьбоносного» заседания БАГАЦа, хотя у нас и существует давняя традиция по любому поводу бежать жаловаться в БАГАЦ, как дети бегут к маме со своими обидами. Любой спорный закон и любое кому-то не нравящееся решение правительства проходит «испытание БАГАЦем» (мивхан БАГАЦ).

На этот раз высокому суду в составе одиннадцати  судей в масках (правда, медицинских) предстоит решить, может ли депутат Кнессета, против которого официально выдвинуто уголовное обвинение, получить мандат на формирование  правительства. Как-то депутаты за 72 года существования государства не удосужились прописать эту коллизию в законе. Очевидно, предполагали, что такой вопрос не возникнет, и возглавлять наше правительство будут исключительно благородные и законопослушные люди. Увы, с 1992 года за каждым из глав правительства (за исключением Шимона Переса, временно возглавлявшего правительство в течение полугода после убийства Рабина) тянулся шлейф полицейских расследований.

Насчет министров ситуацию прояснили, приняв в свое время так называемый «закон Дери-Пинхаси». Тогда против двух министров, увековеченных в неформальном названии закона, были поданы обвинительные заключения. И Кнессет постановил, что министры, находящиеся в статусе обвиняемых, должны подать в отставку. Но на «главного министра» — главу правительства это не распространялось, и он под обвинением мог продолжать исполнять свои обязанности, что, собственно, и делает сейчас Нетаниягу.  Это, казалось бы, нелогичное исключение, на самом деле, было вполне весомо аргументировано. Если министра оправдают (а такое не раз бывало), он может снова вернуться на свою должность, а оправданный глава правительства уже не сможет быть немедленно восстановленным в своих правах. Но этот пункт закона касался действующего премьера. А вот насчет возможности под обвинением получить мандат на формирование нового правительства в законе ничего не сказано. И поэтому решение этого вопроса выкатили на БАГАЦ, пусть, дескать,  он берет на себя всю ответственность.

Аргументы сторон просты, как мычание. Требующие запрета для депутата под обвинением (читай – Нетаниягу) формировать правительство говорят, что он не сможет полноценно исполнять свои обязанности, так как  будет занят судебным процессом. На аморальность самого такого факта эта сторона не напирает, ибо говорить о морали политиков как-то смешно.

Сторонники Нетаниягу, в свою очередь, напирают на волю народа, выраженную в результатах голосования. Дескать, высший суверен в демократической стране – народ. И если народ выбрал Нетаниягу, значит народу плевать на выдвинутые против него обвинения. Аргумент, что голосовали за партию, а не лично за Нетаниягу, всерьез в БАГАЦе не примут, ибо очевидно, что политика у нас крайне персонифицирована. И да, большинство народа по всем опросам поддержало идею коалиционного правительства с ротацией на посту его главы, при том, что Нетаниягу будет главой правительства первую половину срока.

Поскольку обосновать пунктами законов любое решение БАГАЦа по этому вопросу невозможно (нет таких законов), то судьи будут принимать решение в соответствии со своим видением ситуации.

Варианты решения возможны лишь в двоичной системе: может – не может.
Юридический советник правительства Авихай Мандельблит, тот самый, кто принимал решение о предъявлении Нетаниягу обвинений, в ответ на запрос БАГАЦа высказал свое мнение: «несмотря на юридические сложности, да, может». Если суд с ним согласится (а я на 90% уверен, что так и будет), то 7 мая президент передаст мандат на формирование правительства Биньямину Нетаниягу, и еще через 14 дней у нас, наконец, будет правительство. А в ходе каденции Нетаниягу может попытаться провести так называемый «французский закон», освобождающий его от судебного преследования во время нахождения на этот посту. Поскольку срок пребывания в кресле главы правительства у нас ничем не ограничен, то Нетаниягу сможет избежать суда в обозримый период времени. Представим, что он покинет свой пост в 80-летнем возрасте. Право, нелепо будет тогда судить его за шампанское и сигары, полученные «в подарок» более десяти тому назад.

Если же все-таки БАГАЦ наложит на Нетаниягу запрет формировать правительство, то ситуация станет воистину драматичной. Во-первых, на БАГАЦ обрушится «справедливый гнев народа». В «Ликуде» уже пообещали, что в стране начнется «землетрясение». В данном случае, я в это верю. Только политического землетрясения нам не хватает в период борьбы с коронавирусом! «Ликуд» и его ультраортодоксальные «попутчики» могут вывести на улицы сотни тысяч подстрекаемых лидерами людей. И хоть судья Мени Мазуз утверждал в зале суда, что ничто не окажет давления на судей, но, как говорили классики, «нельзя жить в обществе и быть свободным от него». Да, БАГАЦ, бывало, принимал решения вопреки мнению большинства народа, но масштаб этих решений был совсем другим. В случае вынесения  «антибибивского» вердикта в незавидном положении окажется не только Нетаниягу, но и Ганц. Он вынужден будет либо пойти на выборы, как оговорено соглашением (что будет политическим самоубийством), либо… Об этом «либо» сказал сегодня в телестудии бывший министр Хаим Рамон. Для спасения ситуации и себя Ганц может поддержать закон, против которого всегда выступал: закон о преодолении Кнессетом решений БАГАЦа. А это уже будет иметь трагические последствия для израильской демократии.

Если же дело дойдет до выборов, то Нетаниягу останется в статусе главы правительства еще по меньшей мере полгода – до следующих выборов и во время последующих попыток сколотить коалицию, а там можно и до пятых выборов довести страну – еще полгода… Все это, конечно, чисто теоретические конструкции, но кто после выборов в апреле прошлого года даже теоретически мог себе представить нынешнюю ситуацию?

Всё-таки, давайте исходить из наиболее вероятного варианта, что по итогам первого дня обсуждения Нетаниягу получит право возглавить правительство.

Второй день тоже представляет значительный интерес. Здесь у БАГАЦа есть большая возможность для маневра. Некоторые пункты соглашения между Ганцем и Нетаниягу, действительно, весьма проблематичны с юридической точки зрения. Например, положение, что должность в комиссии по назначению судей, обычно занимаемая представителем оппозиции, достанется  представителю коалиции Цви Хаузеру, а оппозиция в ней не будет представлена. Но именно этот пункт и был последним камнем преткновения для договоренности «Ликуда» и «Кахоль Лаван». Есть и другие сомнительные пункты. Если вмешательство БАГАЦа в коалиционные соглашения будет не слишком значительным, то «Ликуд», возможно, с этим смирится. Впрочем, всё зависит от того, какие планы в голове у Биби. Если он захочет пойти на новые выборы, уже заручившись решением, что он может возглавлять правительство, то он вполне может, ссылаясь на неприемлемость изменений БАГАЦа в соглашениях, опрокинуть шахматную доску и пойти на четвертые выборы с большими шансами на убедительную победу в них.

Но все это – лишь моя оценка ситуация. Ясности в нашей политической ситуации не больше, чем с проклятым коронавирусом. Доживем до вторника!

*Мнения авторов могут не совпадать с позицей редакции

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x