Еврейский мир

Синагога в Митте, Берлин. Фото: www.flickr.com

Иудаизм в диаспоре - это многообразие

Иудаизм в Израиле - это либо белое, либо черное. Либо ты абсолютно все отрицающий светский, либо дос - третьего не дано. А вот в диаспоре нет противостояния светские-религиозные. В том числе и потому, что здесь ни у кого нет монополии на иудаизм, а каждый еврей сам для себя решает, в какую синагогу ему идти, а в какой ноги его не будет.

“Каждый год мы с друзьями на Рош А-Шана и Йом Кипур ходим  в синагогу”. Фраза, которую вполне можно услышать  от еврея в диаспоре. Даже категорию евреев такую придумали: “Yom Kippur Jew” — те, у кого ближе к осени что-то ёкает, и они, каждый по своей причине, подтягиваются в ближайшую синагогу.

Русские евреи и израильтяне, как правило, обходят синагоги стороной. И те, и другие чувствуют себя там неуютно, не в своей тарелке. Не очень понятно, что там делать, и, главное, не понятно, зачем туда идти людям нерелигиозным.

На самом деле в синагоге не страшно, там не кусаются. И чтобы попасть туда на еврейские праздники, вовсе не обязательно быть строго соблюдающим ортодоксальным евреем. Достаточно чувствовать себя просто евреем. Евреем, живущим в стране с развитыми еврейскими общинами.

Иудаизм в Израиле — это либо белое, либо черное. Либо ты абсолютно все отрицающий светский, либо «дос» — третьего не дано. Поэтому очень многие израильтяне, в особенности “русские”, переезжая в диаспору, привозят с собой в чемоданах строгое неприятие всего еврейского. Сколько раз я видел израильтян, отказывающихся просто надеть кипу, до такой степени им это было противно. Не говоря уже о том, что среднестатистический израильтянин, которого в знак уважения вызывают в синагоге к Торе, смотрит на происходящее с откровенным изумлением и полным непониманием.

В диаспоре нет противостояния светские-религиозные. В том числе и потому, что здесь ни у кого нет монополии на иудаизм, а каждый еврей сам для себя решает, в какую синагогу ему идти, а в какой ноги его не будет.

Иудаизм в диаспоре — это многообразие, от ультраортодоксов до реформистов, консервативных, либеральных синагог и т.д. Кто-то делает упор на доскональном соблюдении галахи в противовес современности. Другие, напротив, стараются найти компромисс между еврейской традицией и реалиями современности. Кто-то возводит во главу угла эксклюзивность, другие, напротив, руководствуются принципом инклюзивности. И каждый выбирает то, что ему больше подходит, без претензии на единственно правильный выбор и желание подавить тех, кто выбрал иной подход.

Синагога в диаспоре — это не только молельный дом. Это действительно бейт-кнессет, место собраний — общинный центр, где самое главное это община, потому что без общины нет и синагоги, ведь она существует исключительно на пожертвование ее членов. Да, там молятся, читают Тору, изучают Гмару и Талмуд. Но по субботам, паралельно молитвам, есть игровые занятия и для детей. Прислушиваясь к кантору, ты невольно слышишь и  задорные детские голоса, раздающиеся из коридора. Зачастую ради таких радостных голосов детей родители и приходят в синагогу. Более соблюдающие — каждую субботу, кто-то иной  — реже.

Лично я чувствую себя гораздо комфортнее в реформистских и консервативных синагогах, нежели в синагогах ортодоксальных. Может быть, потому, что там готовы принять меня таким, какой я есть, не стараясь конвертировать меня в “правильного” еврея. А может быть потому, что там немало подобных мне, не соблюдающих, но при этом желающих быть частью общины. Или потому, что мне больше импонирует инклюзивный подход, когда стоит задача не оттолкнуть, а дать возможность найти свое место.

Зачастую в таких синагогах есть несколько миньянов: традиционный и эгалитарный, где женщины и мужчины молятся вместе. Они не противоречат и не мешают друг друга, а лишь дают каждому еврею возможность найти себя. Есть раввины-мужчины и женщины-раввины. Где-то зал разделен на мужскую и женскую половины, а где-то есть возможность сидеть вместе. Людям религиозным, выросшим в лоне традиционного иудаизма, это, наверное, принять нелегко. А человеку светскому, не забывающему о своих корнях, наборот, легче найти себя в более гибких рамках. Давид Бен-Гурион как-то сказал когда-то: “Я не хожу в синагогу, но та, синагога, куда я не хожу, ортодоксальная”. Так до сих пор думают многие светские израильтяне, не знающие и не подозревающие о многообразии, существующем в иудаизме.

Мне искренне жаль израильтян, живущих противостоянием религии и светского общества, хотя я прекрасно понимаю, откуда это идет. Очень жаль тех,  кто уверен, что Рош А-Шана заключается в праздничном ужине с гефилте-фиш на столе, а на завтра наступает выходной, который надо провести на пляже, а Йом Кипур — это причина скачать побольше фильмов заранее, чтобы как-то скоротать этот день.

В диаспоре перед Рош А-Шана и Йом-Кипуром можно наблюдать следующую картину: в районах компактного проживания еврейского населения люди выходят из дома, сливаясь в ручейки, и идут в синагогу, каждый в свою. Понемногу этот ручеек переходит в мощный поток людей, в котором идут ортодоксы, реформисты, светские и религиозные. Яркая и красивая метафора продолжения существования еврейского народа. И каждый раз, оказавшись в этом потоке людей, мне жаль моих друзей израильтян, не имеющих возможности испытать это чувство.

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x