Женская территория

Фото: Flash90

Женщины вне игры

Кнессет не спешит принимать закон, запрещающий любой партии идти на выборы, если на реальных местах в предвыборных списках не фигурирует, как минимум, 40% женщин. Вы можете задать вопрос, почему партии, представляющие в парламенте харедим, поступают таким образом? Ответ прост: потому что могут.

В кнессет следующего созыва вновь будут избраны две партии, отрицающие право женщин  участвовать в политике. Это произойдет, несмотря на десятилетнюю борьбу против этого возмутительного явления. Это произойдет, несмотря на то, что женщины из ультраортодоксального сектора сами требуют равноправия в политике. Это произойдет, несмотря на иск, поданный в Верховный суд Тами Бен-Порат против партии “Еврейство Торы” (“Яадут ха-Тора”). Первое рассмотрение этого дела состоялось ровно пять лет назад. Это произойдет, несмотря  на другой кейс, рассматривавшийся в БАГАЦе “Рут Колиан против партии ШАС”. Благодаря этому иску ультраортодоксальные партии были вынуждены удалить из своих уставов дискриминационный параграф, ограничивающий участие женщин в парламентской деятельности.

Это произойдет, несмотря на полное единодушие в этом вопросе между секулярными и религиозными женскими организациями. Это произойдет, несмотря на попытки женщин из ультраортодоксального сектора интегрироваться в политику, используя альтернативные стратегии.

На протяжении долгих лет нам объясняли (в основном мужчины), что нам, женщинам, нужно сделать для того, чтобы переломить ситуацию: женщины из ультраортодоксальной среды должны сами выступить против дискриминации; к борьбе должны присоединиться как можно больше женщин; женские организации всех направлений должны скоординировать усилия; должны быть поданы иски в Верховный суд; должны возникнуть понимание и поддержка со стороны секулярных женщин и ультраортодоксальных мужчин. Наконец все вышеперечисленное произошло. И что? А ничего. В кнессете 24-го созыва вновь будут избраны две партии, в которых не будет ни одной женщины.

Основная вина лежит на самом кнессете, отказывающемся ввести законодательный запрет на такого рода дискриминацию, немыслимую в 21 веке. Кнессет не спешит принимать закон, запрещающий любой партии идти на выборы, если на реальных местах в предвыборных списках не фигурирует, как минимум, 40% женщин.

Вы можете задать вопрос, почему партии, представляющие в парламенте харедим, поступают таким образом? Ответ прост: потому что могут. Вы спросите, почему же кнессет допускает подобную несправедливость? Ответ не столь прост, но весьма печален: потому что боится.

Кнессет боится появления критической массы женского представительства, что изменит израильский парламент до неузнаваемости. Речь идет об элементарном физическом законе. Необходим некий минимальный порог численного присутствия определенной группы людей для того, чтобы под их влиянием произошло изменение существующей реальности. Согласно ряду социологических исследований, таким минимальным порогом, превращающим женское присутствие в политике в критическую массу, является 30% от числа депутатов. Иными словами, как минимум, 40 женщин в кнессете.

Кнессет даже не пытается, пусть даже медленно и осторожно, двигаться в этом направлении. И это происходит вовсе не из-за ультраортодоксальных партий. Хотя многим удобно сваливать всю вину на харедим. Просто в отсутствие соответствующего законодательства нынешнее положение выгодно почти всем партийным лидерам. Это позволяет им устраивать аттракцион невиданной щедрости, выделяя женщинам от своих щедрот несколько реальных мест в предвыборном списке.

Мы любим обвинять в дискриминационной ситуации самих ортодоксальных женщин, депутатов-харедим и религию в целом. Но пора сказать прямо: если бы кнессет установил соответствующие нормы, многие прагматичные ультраортодоксальные политики откликнулись бы на этот вызов и включили женщин в предвыборные списки.

В качестве примера можно привести то, что произошло в ходе сионистского конгресса в 2015 году. Устав Всемирной сионистской организации предусматривает обязательное присутствие женщин (не менее 30%) в составе любой политической фракции. И – о, чудо! — несмотря на заявление Арье Дери, партия ШАС, которую во всемирной сионистской организации представляет фракция “Охавей Цион”, была вынуждена включить в свой состав 5 женщин из 17 своих представителей.

Как же мы любим обвинять “нерешительных” ортодоксальных женщин, политиков-харедим и саму религию всякий раз, когда сталкиваемся с грубым ущемлением женских прав по религиозным мотивам. Гораздо меньше мы любим признавать горькую правду: все это происходит в рамках норм, установленных секулярным, либеральным социумом.

Некоторые могут спросить меня, чем поможет избрание в кнессет религиозных женщин — с высочайшего позволения авторитетных раввинов и глав ультраортодоксальной общины? Вряд ли они будут феминистками, сражающимися за женские права. Скорее всего не будут. Как и некоторые светские женщины из других партий. Однако здесь вступает в силу тот самый закон критической массы, позволяющей менять социальную реальность.

Разумеется, любые изменения требуют времени. Понадобится также кооперация между светскими и религиозными женщинами, а также все то, что я описала выше. А пока что вместо обвинений в адрес политиков-харедим кнессету следует принять необходимые законы и изменить правила игры. Тогда есть шанс, что женщин будет больше не только в кнессете, но и в правительстве. И женщина наконец станет премьер-министром. Обратите внимание на то, как справляются с коронакризисом женщины-премьеры в Новой Зеландии и Финляндии. Это стоит того.

 

Оригинал на сайте «Гаарец»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x