Политика

Вид на Кнессет. Фото: Olivier Fitoussi/Flash90     

Коалиция живых мертвецов

Нетаниягу должен был заплатить своим креслом даже не за уголовные статьи, а за преступления против израильского общества, прежде всего – за навязанный нам всем болезненный раскол. Один из его бывших министров заметил, что когда Нетаниягу видит двоих человек, идущих за руку, он не упускает возможности вклиниться между ними. Он остается мастером раскола и сейчас, когда формирует свое пятое по счету правительство.

Правительство национального единства, в сердце которого – болезненный компромисс в лице Биньямина Нетаниягу на посту премьер-министра, было единственным возможным вариантом в нынешней реальности. Вот только создавалось оно настолько непрофессионально и грязно, что нормальный человек не может защищать подобное правительство, равно как и ждать от него чего-либо хорошего.

Эти коалиционные соглашения – не что иное, как соглашение о безопасности, заключенное двумя сторонами и изобилующее интригами и червоточинами – той породы, что вызывает подозрения в непорядочности и вероломстве. Министерства, наиболее важные в преодолении кризиса, вызванного эпидемией коронавируса (а новое правительство, как нас заверяли, было создано именно с этой целью), возглавили люди, которые не смогут ни вывести страну из кризиса, ни предотвратить новую вспышку эпидемии. Продолжается подавление законодательной власти, и именно поэтому возникшие ниоткуда личности уже не согласны быть просто депутатами, а требуют министерских постов. Судебная власть подвергается жестоким нападкам.

Нетаниягу должен был заплатить своим креслом даже не за уголовные статьи, а за преступления против израильского общества, прежде всего – за навязанный нам всем болезненный раскол. Один из его бывших министров заметил, что когда Нетаниягу видит двоих человек, идущих за руку, он не упускает возможности вклиниться между ними. Он остается мастером раскола и сейчас, когда формирует свое пятое по счету правительство.

Нетаниягу должен был заплатить своим креслом даже не за уголовные статьи, а за преступления против израильского общества, прежде всего – за навязанный нам всем болезненный раскол.

Лица, приближенные к Бени Ганцу, свидетельствуют о глубоких душевных терзаниях, которыми сопровождается раздача портфелей его людям. Они подчеркивают, что Ганц ведет себя не так, как принято в политике, у него есть сердце. Возможно, права моя коллега Каролина Ландсман, неизменно утверждающая, что союз Ганца с Нетаниягу – это хитроумная попытка вырваться из-под разрушительного влияния последнего. Но, если мы вспомним 20 с лишним лет власти Нетаниягу и оценим нынешнюю реальность, нам впору ожидать новых выборов с непобедимым Нетаниягу и Ганцем в роли неизлечимого больного.

Остальные гости в шалаше Нетаниягу вызывают непреходящее ощущение, что это именно гости, а выражаясь жестче, – люди, подписавшие свидетельство о своей политической смерти. Габи Ашкенази приписывают намерения пролезть в «Ликуд», но на деле он все три предвыборные кампании вел себя как человек, не определившийся, нужна ли ему такая головная боль. Подобная тактика воздержания – явно не метод добиться видного поста.

Амир Перец и Ицик Шмули лишились уважения своих избирателей. Вряд ли у них остались сторонники, кроме горстки функционеров. Многообещающий старт Орли Леви-Абекасис обернулся фарсом: «в награду» за украденные голоса ей доверили руководить культурными центрами. Йоаз Хендель и Цви Хаузер, которые хотели противопоставить Нетаниягу свою правую фракцию с настоящими ценностями, уважительно (как предписывает название «Дерех Эрец») плюнули в лицо своему лидеру и принялись героически делить партийные деньги. Выстави они свои кандидатуры отдельно, вряд ли их поддержал бы кто-либо помимо членов семьи.

Рав Рафи Перец, снискавший уважение среди религиозных сионистов как общественный деятель и педагог, загубил свое доброе имя, став частью политической жизни. Сейчас он, владелец призрачного министерского портфеля, показал нам, что у него нет не только политической смекалки, но и совести. Всех этих людей объединяет неуверенность в своей политической состоятельности, поэтому они расхватали то, что было можно. Коалиция живых мертвецов.

Оппозиция, состоящая из разрозненных элементов, находится в плачевном состоянии, часть ее зализывает раны от недавнего поражения. Однако Нафтали Беннет, Яир Лапид, Айман Уде и даже Авигдор Либерман не сомневаются в своем праве на существование. У каждого из них – далеко идущие планы. Жажда жизни – вот что объединяет их.

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Оригинал публикации на сайте «Гаарец»

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x