Женская территория

Фото: pixabay

Женщины культуры изнасилования

Фото: pixabay

Фото: pixabay

Прочитал на сайте РеЛевант «Ликбез для мужчин». Задела первое же предложение первой части: «Если ты мужчина, то ты — часть культуры изнасилования». Нет, у меня реакция совсем не та на которую рассчитывал автор:  «Чего ты гонишь?! Ты меня не знаешь, братан! Будь я проклят, если позволю тебе говорить, что я из тех, кто прётся по изнасилованиям. Это не про меня!».

У меня другой вопрос: «А если ты женщина?» Неужели такое глобальное понятие как «культура» (хотя бы «культура изнасилования») охватывает только мужчин?

Если это культура, то её носителями являются как мужчины, так и женщины. И те, и другие — выросли в ней. С её «правилами игры», стереотипами поведения, нормами, санкциями за отклонение от норм. Иногда именно мужчина, который привык воспринимать «нет» именно как нет, а не как «штурмуй меня силой», «пробуй снова», «требуется долгая осада», «бери измором», «попытайся всё-таки уговорить» или «давай поторгуемся», обнаруживает, что дама может и обидеться на то, что ее «нет» — было воспринято именно как нет. Когда по причине воспринятых культурных кодов от мужчины ожидается поведение «настойчивости», то его восприятие «нет» как «действительно нет» — такая женщина может интерпретировать как недостаток мужественности («если бы он был настоящий мужик») или нехватку желания («значит, не очень-то и хотелось»).

Разве не является носителем культуры изнасилования женщина, которая говорит «сама дура виновата, короткую юбку одела»? Разве это не эти же нормы поведения говорят в типичном фейсбуковском комментарии «Феминистки, которые считают всех мужчин потенциальными насильниками — на самом деле мечтают о том, чтобы их изнасиловали»?

Во время недавних акций в социальных сетях, проходивших под хештегами #яНеБоюсьСказати и #яНеБоюсьСказать, когда жертвы рассказывали о пережитом насилии, то сексистских комментариев от женщин было не намного меньше, чем от мужчин.

Культура изнасилования, в которой мы все выросли и которую мы изживаем, давала свое распределение сексуальных ролей: охотник и преследуемая жертва, гепард и убегающая олениха, осажденная крепость и штурмующая сила. Эти ролевые игры  были восприняты некоторыми женщинами ничуть не меньше, чем мужчинами.

Мир становится более «женским»

Уход от «культуры изнасилования» — это глобальное изменение правил игры, кодов, норм поведение, стереотипов восприятия, способов оценки. И оно касается не только мужчин, но и женщин. Уход это происходит и в результате сознательных усилий (пропаганды феминисток, ужесточения законов, решения судов, воспитания, начиная от школ и детских садов), и, в гораздо большей степени, за счет изменения общества, феминизации мира. Эти изменения не мгновенные. Расширение понятия изнасилования в уголовном праве — вещь сравнительно недавняя. Главное событие истории последних двух столетий — это перманентная женская революция. Она огромна. Касается почти всех социальных, политических и экономических областей. И нам её еще трудно осмыслить. Эволюция традиционной семьи — это процесс, который начался не сегодня, а продолжается много столетий. Сегодня речь идет уже не о феминизме, а о феминизации мира. И это объективная реальность постиндустриального общества. Мир становится более «женским».

Фото: pixabay

Фото: pixabay

Чего хочет женщина?

Как будет изменяться отношение полов в мире, который, скорее всего, ещё несколько поколений будет изживать культуру изнасилования, нам сегодня мало понятно. Вполне возможно, что в ближайшее время сексуальная инициатива вообще перейдет к женщинам. Хотя бы потому, что: «Ежели забрезжило — слушай, голубок, чего хочет женщина — того хочет Бог. Впроголодь да впроголодь — что за благодать, дай ты ей попробовать, отчего ж не дать?». В дивном новом мире, желание женщины — это закон, а желание мужчины — статья. Поэтому, дамы, берите дело соблазнительства в свои руки. Большинство мужчин — будет, как мне кажется, не против.

Вполне возможно, что достаточно скоро изменится отношение к сексу и алкоголю. Сегодня суды и правоохранительные органы исходят из аксиомы, что, в случае если были пьяны оба — и парень и девушка, пьяный мужчина в любом состояние лучше контролирует свои действия, чем пьяная женщина. Одно дело, если речь идет об изнасиловании, когда женщина находится «в отключке» и не может дать свое согласие или прервать действия сексуального характера по причине опьянения, а мужчина, находясь в сознании или даже оставаясь относительно трезвым, пользуется её беспомощностью. Другое — если речь идет о совместной выпивке на свидании двух безбашенных молодых людей, которая завершается сексом. А  если степень неадекватности была равной с обеих сторон? Нынешний подход пока, на стадии преодоления культуры изнасилования, оправдан. А в дальнейшем, может, будет восприниматься как гендерные двойные стандарты.

О дивный новый мир!

Шок изменений! Многие изменения уже произошли при нашей жизни. Многие будут происходить ещё на нашем веку. Вполне возможно, даже самые прогрессивные из нас будут относится к этому, мягко говоря, амбивалентно.

Многие сознательные усилия государств и обществ в этом направлении могут казаться нам одиозными или даже смешными.

Но это только кажется, что весь дискурс сосредоточился на теме «изнасилований» и «сексуальных домогательств». Это временное явление. Речь ведь идет о новых принципах отношений, связей, любви, секса.

Впрочем, это уже тема для другой статьи…

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x