Экономика

Мерав Михаэли, лидер партии Авода. Photo by Avshalom Sassoni/Flash90

Левые партии, не бойтесь требовать!

Психологический барьер, мешающий ведению агрессивных коалиционных переговоров, должен быть сломлен. Левые партии являются законными политическими игроками, у них есть политические требования, как и у любого другого игрока, и, если они станут частью правительства, они также имеют право повлиять на его будущую программу.

В апреле 2020 года Бени Ганц и Биньямин Нетаниягу подписали соглашение о ротационном правительстве. В этом правительстве «блок Кахоль-Лаван» получил министерства юстиции, иностранных дел, экономики, труда и благосостояние и, что не менее важно, полную паритетность в правительстве. Несмотря на это, левоцентристский блок в Кнессете отмежевался от партии «Кахоль-Лаван», так как, считал, что она совершила большую ошибку. «Невозможно влиять изнутри», — кричали они, полагая, что нельзя позволить, чтобы бразды правления в Государстве Израиля оставались в руках правых и Нетаниягу.

Это может показаться невероятным, но год спустя идеологические части левого блока, те, которые действительно значительно улучшили свои позиции на выборах, движутся к подписанию гораздо более худшего соглашения. Все сколько-нибудь существенные министерские портфели будут в руках идеологических правых, а левые получат лишь замену Нетаниягу на Беннетта. Это, конечно, великое достижение, о котором нельзя даже помечтать из опасения, что оно исчезнет.  Но те, кто искренне считают, что подобная сделка будет намного лучше той, что год назад заключил Бени Ганц – просто бибисты! Да-да, точно такие же бибисты, над которыми они сами привыкли насмехаться. Тот, кто готов к полному банкротству левого лагеря только лишь из-за навязчивой озабоченности личностью Биньямина Нетаниягу, как, если бы это был идеологический, а не сугубо персональный вопрос – тот и есть самый настоящий бибист.

Речь идёт не об одноразовой неудачной сделке, а о долгосрочной, стратегическая проблеме для левого лагеря, который решает полностью отказаться от своих базисных установок и, таким образом, смертельно ранит себя на следующий же день после ухода Нетаниягу. В конце концов, на что может претендовать этот лагерь на следующий день после выборов и через мгновение после того, как он легитимизировал и «отбелил» правых на многие годы вперед? И, что ещё хуже, доказал, что при создании коалиции он засчитывается автоматически, а не является активным участником в политической игре. Это ущерб, который на долгие годы вперёд может повредить легитимности левых, помешать им осуществлять политические шаги и вести коалиционные переговоры, а, может быть, вообще претендовать на управление страной.

Я отнюдь не предлагаю «сложить головы» ради чистоты идеи. Но на этот раз альтернативой этому «правительству перемен» является правительство под руководством Нетаниягу, которое примет обходящие БАГАЦ законы, и «французский» закон и будет полностью опираться на Бен-Гвира, Смотрича и партию «Ноам». Это правительство следует остановить, пусть даже очень высокой ценой. Но, как можно вообще не вести никаких переговоров? Не должно такого быть, чтобы левые автоматически засчитались в правительство Беннета только потому, что Беннет – это не Нетаниягу! Идеологические партии в блоке должны сформулировать общий для них широкий перечень требований, и он должен включать не менее двух министерских портфелей для каждой из партий и не менее двух высокопоставленных постов в правительстве для обеих. Он должен включать важные требования, касающиеся улучшения положения арабского населения в Израиле, чтобы доказать, что левые тоже умеют бороться в правительстве за интересы арабской общественности, а не только исламистские фракции. В этом списке должно быть также и требование полной реформы в органах внутренней безопасности.

Беннет или Саар на самом деле не «угрожают» левым – напротив. Саар с его шестью мандатами претендует на важную министерскую должность, но он понимает, что пятые выборы будут ля него губительными, поэтому  он научится проявлять гибкость, если левые только осмелятся выдвинуть свои условия. Что касается Беннета, то он никому не помогает, когда соглашается возглавить правительство, имея за спиной фракцию из всего семи депутатов. В этом случае он не ставит под угрозу свою политическую карьеру, как раз наоборот.

Психологический барьер, мешающий ведению агрессивных коалиционных переговоров, должен быть сломлен. Левые партии являются законными политическими игроками, у них есть политические требования, как и у любого другого игрока, и, если они станут частью правительства, они также имеют право повлиять на его будущую программу. МЕРЕЦ и партия «Авода» равняются по числу мандатов партиям Беннета и Саара, вместе взятым. Они должны заботиться о своём лагере, его идеологии и его будущем. Беннет и Саар хотят добиться неких достижений, чтобы доказать правым, что они не зря вошли в коалицию с левыми? Но точно так же должна действовать и противоположная сторона. Легитимация левыми Беннета и Шакед тоже должна иметь свою политическую цену.  Левые не должны умирать на службе у бибизма, даже у левого бибизма.

*Автор – в прошлом советник по связям с прессой и пресс-секретарь партии МЕРЕЦ

Оригинал публикации на сайте Гаарец

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x