Зона безопасности

Бейрут, место взрыва. Фото: Freimut Bahlo, википедия

Ливанский "Титаник" шлет Израилю привет

3 августа в бейрутском порту рванула не только селитра, но и прогнившая ливанская политическая система. Нынешняя ситуация не уникальна лишь для Ливана. Можно сказать, что сегодня на  Ближнем Востоке многие арабские страны испытывают острый кризис государственности, и находятся на пути к тому, чтобы стать failed states.  Это и Ирак, и Сирия, и Йемен, и многие другие страны. Но мир особо остро реагирует именно на почти светский, почти демократический, почти западный Ливан.

На протяжении последних нескольких десятков лет Ливан, прекрасный и комфортный ближневосточный «Титаник», стремительно уходит под воду. На палубах все еще танцуют и веселятся пассажиры, которые смутно подозревают, что что-то пошло не так, да и само судно по-прежнему выглядит достаточно привлекательно, особенно если смотреть издалека. Однако трюм уже залило водой, дыры, которые не были вовремя залатаны, превратились в зияющие отверстия, все чаще нет электричества, а в капитанской рубке толпятся хорошо одетые люди, которые торопливо переводят свои активы в оффшоры на Кайманских островах и строчат гневные пресс-релизы, в которых обвиняют друг друга, вместо того, чтобы взяться за руль и попытаться избежать столкновения с айсбергом.

Протесты в Ливане идут уже ровно год. За это время демонстрантам удалось отправить в отставку целых два правительства, однако выяснилось, что речь идет о пирровой победе. Как и следовало ожидать, правительство технократов (о котором многие мечтают по всему региону, в том числе и в Израиле) оказалось слабым и немощным. Оно не смогло ни справиться с бушующим экономическим кризисом, ни провести необходимые реформы.

Так что 3 августа в бейрутском порту рванула не только селитра, но и прогнившая ливанская политическая система. Нынешняя ситуация не уникальна лишь для Ливана. Можно сказать, что сегодня на  Ближнем Востоке многие арабские страны испытывают острый кризис государственности, и находятся на пути к тому, чтобы стать failed states.  Это и Ирак, и Сирия, и Йемен, и многие другие страны. Но мир особо остро реагирует именно на почти светский, почти демократический, почти западный Ливан, который находится так близко (но на самом деле безумно далеко) от Европы.

Банальность безвластия

Каким образом грузинская селитра предназначавшаяся для Мозамбика оставалась шесть лет в бейрутском порту и связана ли с этой странной историей Хизбалла, проиранская террористическая организация, которая создала в Ливане «государство в государстве»?

По данным ливанских СМИ, 2750 тонн аммиачной селитры оказались в бейрутском порту по чистой случайности. Судно «Росус», принадлежащее российскому бизнесмену Игорю Гречушкину, которое содержало опасный груз, следовало из Батуми в Мозамбик под молдавским флагом и вынуждено было сделать остановку в Бейруте из-за технических неполадок. После проверки судна ливанцы решили конфисковать селитру и разместили ее в 12-м причале в порту Бейрута. Бейрутский порт находится в городской черте и является популярным местом отдыха для многих ливанцев, но в этом ничего необычного как раз нет. В соседней израильской Хайфе в городе расположен не только порт, но и аммиачные склады, где до недавних пор хранилось свыше 15 000 тонн селитры, которые в 2016 году обещал разбомбить генсек Хизбаллы Хасан Насралла.

Вопреки многочисленным теориям заговора (а как без них), которые вылезли после взрыва как грибы после дождя, селитра не является ни редким, ни дорогим веществом (300-400$ за тонну), поэтому то, что груз не дошел в Мозамбик, это еще не повод думать, что сделка была фиктивной, и что вещество, которое повсеместно используется в сельском хозяйстве, предназначалось для Хизбаллы. Во многих странах нет никаких ограничений на приобретение, поставку и даже хранение селитры, несмотря на то, что в прошлом это вещество несколько раз использовалось террористами – например в 1995 году в ходе теракта в Оклахома-Сити, и в 2011 году в Осло Андерсом Брейвиком. Нередки и техногенные катастрофы, связанные с аммиачной селитрой – одна из крупнейших катастроф случилась в 1947 году в Техасе, да и за последние несколько лет было зарегистрировано немало инцидентов. Спрос на это дешевое и эффективное (хоть и опасное) вещество неизменно растет – в 2019 году мир использовал 171 433 тонн аммиачной селитры (значительная часть потребления приходится на Китай и другие азиатские страны). Разумеется, учитывая, что бейрутский порт годами контролируют не только ливанские службы безопасности, но и Хизбалла, существует множество возможных сценариев, и полностью сбрасывать их со счетов пока не стоит, однако на данный момент версия о преступном головотяпстве ливанских управленцев является наиболее правдоподобной.

Арестованный на днях Бадри Дахер – начальник ливанской таможенной службы, а также его предшественник не раз обращались к общей службе ливанской безопасности и просили убрать из порта опасный груз. Эти письма были продемонстрированы СМИ и признаны многими ливанскими экспертами как аутентичные. Так почему же ливанские власти ничего не делали со складом аммиачной селитры, несмотря на предупреждения о том, что высокая температура, пожар или случайная молния могут привести к трагедии? Скорее всего, по той же причине, по которой они не могли наладить уборку мусора в Беруте в 2015 году, когда горы мусора были видны из космоса. По этой же причине со времен гражданской войны, которая завершилась еще в 1990 году в Ливане не был восстановлен электрический сектор, и с каждым годом нехватка электрической энергии ощущалась все острее : коррупция, клиентелизм и клептократия.

Кто-то ушел пораньше домой, кто-то сунул важное письмо в ящик стола и немедленно о нем забыл, некомпетентный племянник, назначенный на важный пост своим влиятельным дядей по просьбе тетушки вообще не понял о чем идет речь. Это нормальная ситуация для Ливана, а также для всех остальных стран, которым грозит опасность стать failed state. А «рвануло» именно сейчас, потому что совпало несколько критических обстоятельств – девальвация национальной валюты, гигантский иностранный долг, истощение критической инфраструктуры, нагрузка из-за длительного присутствия в стране большого количества сирийских беженцев и сирийский кризис, а также эпидемия коронавируса. На этом фоне достаточно было чиркнуть спичкой – случайно или специально (это еще будет выясняться) – для того, чтобы поднять на воздух пол-Бейрута.

«Куда уходит мой народ»

Скроенная из многочисленных этнических и религиозных групп страна обрела независимость в 1943 году, однако по сути дела с тех пор страной в полном смысле слова так и не стала. Можно предъявлять претензии к непростому наследию колониализма, или к тем политическим силам, которые формировали Ливан в середине 20-го века, но конфессиональная система раздела власти, которая претерпела лишь незначительные видоизменения после подписания Таифских соглашений в 1989 породила на свет уродливый, коррумпированный строй, где каждая община считает, что обязана продвигать исключительно свои интересы, где рука руку моет, и где главным достоинством является wusta – то есть протекция.  В 2019 году Ливан занимал непочетное 139 место в списке 180 стран по индексу восприятия коррупции .

Несколько месяцев назад, когда сотни  тысяч демонстрантов толпились на площади Мартиров в Бейруте, требуя реформ и перемен, престарелый президент Мишель Аун (у многих есть сомнения касательно его способности управлять страной) заявил, что те, кому не нравятся ливанские политики, «всегда могут покинуть страну».

В 2011 году в разгаре революции на площади Тахрир ходил популярный анекдот на эту тему. В ответ на призыв «Уйти» («ирхаль» ар.) президент Хосни Мубарак недоуменно спросил: а куда собрался уходить мой народ? Страшный взрыв, который снес с лица земли пол-Бейрута тесно связан с этим восприятием мира ливанскими клептократами, которые на протяжении десятков лет тщательно выполняли свою единственную обязанность: выкачать из страны побольше денег. Часть этих клептократов носят аристократические фамилии, они образованы, имеют связи на Западе и считаются «сливками общества». Другая часть – бородаты и фанатичны, их лидер с 2006 отсиживается в бункере, опасаясь за свою жизнь, и обещает воевать до последней капли (ливанской крови). Однако по сути дела, и одни и другие используют Ливан как площадку для продвижения своих интересов, личных или политических.

На протяжении второй половины 20-го века Ливан, невзирая на раскол и коррупцию, каждый раз восставал из пепла, как птица Феникс. После гражданской войны (1975-1990), убийства Рафика Харири (2005)  и войны с Израилем (2006). На помощь приходила ливанская диаспора, Саудовская Аравия, Франция и местные миллиардеры. Сегодня восстановление Бейрута после взрыва, как и восстановление ливанской политической системы в целом, практически невозможно, разве что на уровне косметического ремонта и уборки мусора. Иностранные инвесторы побоятся вкладывать средства в страну-банкрота, иностранные  правительства уже сегодня говорят о том, что опасаются передавать ливанскому руководству даже гуманитарную помощь. В стране нет мощного гражданского общества и независимых институтов, которые могли бы выступить в качестве альтернативы. Поэтому восстановление Ливана, как и восстановление послевоенной Сирии пока откладывается на неопределенный срок.

Ливанский «Титаник» продолжит идти ко дну, и единственной хорошо организованной силой в нем  на данный момент останется Хизболла, которая также подвергается критике, но пока не терпит серьезного ущерба. Скорее всего, она и продолжит формировать будущее в Ливана по своему образу и подобию в ближайшие годы. До тех пор пока не возникнет политической и военной альтернативы, которая выдвинет новую национальную идею и сможет противостоять старым политическим элитам.

Ливанский урок для Израиля

Печальный пример Ливана – слабой и коррумпированной страны, где царит вечная междоусобица – весьма красноречив. В современном мире страна, которая не будет постоянно изобретать себя заново, стремиться к единству и модернизации, не может выжить. Израилю необходимо внимательно присмотреться к ситуации в Ливане, и не только из-за соображений безопасности. И в Израиле поднимает голову коррупция, причем рыба гниет с самой головы, в стране возникло сразу несколько «государств в государстве», что ложится тяжким бременем на бюджет, а бесконечный сезон выборов является явным признаком кризиса политической системы. Израиль – не Ливан. Но и Ливан пятьдесят лет назад был ближневосточной Швейцарией, а не Сомали. Жаль, что в разгаре очередного политического кризиса, некому и некогда осмыслить урок, который сегодня преподносит нам Ливан.

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x