Женская территория

Взрослые - это мы, а они - пожилые. Photo by Moshe Shai/FLASH90

Женщина в короне: "Кроме меня – некому"

Единственная мысль, которая меня держит и держала на плаву – все это временно. Вот закончится пандемия, и мы вернемся к реальной жизни. И еще понимание того, что кроме нас - некому, как ни странно это осозновать, взрослые - это мы.

От редакции: в этом году 8 марта приходится как раз на годовщину пандемии. Поэтому в этом году к международному женскому дню мы хотели услышать женский голос, хотели понять, что они — мы — пережили за этот год. Каково это — быть женщиной «в короне»? В преддверие 8 марта мы публикуем тексты разных женщин о том, как прошел их год, первый год пандемии коронавируса. Название проекта родилось легко — «Женщина в короне». Надеемся, проект будет интересен для наших читателей и читательниц. Остальные статьи проекта можно найти здесь

 

Сразу скажу правду: я не в ладах с рефлексией, с пониманием и осознанием внутренних процессов. А этот год заставил меня заниматься именно этим, причем без перерыва.

Этот год был полным открытий — о самой себе. Приятных и не очень. Мои недостатки и достоинства раскрылись во всей красе. Особенно тот факт, что я все еще эмоциональный подросток. Это очень помогает в моей работе, но очень мешает жить взрослой жизнью.

Раньше я жила, как получится. Воспитывала сына, работала. Никаких планов на будущее серьезнее чем «в пятницу купим кефир, хочу напечь блинов» я не строила.

Мне срочно пришлось взрослеть, и все это на фоне локдауна,  неизвестности, общей пакости происходящего и понимания, что кроме меня – некому. И без долгосрочных планов не обойтись.

Сын дома уже почти год, учеба по зуму – не мне вам рассказывать. Хоть я и педагог со стажем, и педагог хороший – мы с ним на собственном опыте доказали, что сапожник ходит без сапог. Я категорически не могу обучать собственного ребенка. Злюсь, вредничаю, кричу, делаю все то, что не стоит делать. Не могу, короче. Но я исправно сажусь с ним за уроки, так как кроме меня некому. И планирую, как возьму ему учителя в следующем году.

Родители сильно сдали за этот период, я вдруг осознала, это не они взрослые, а я ребенок. Это я взрослая, а они уже пожилые. И их надо нянчить, им надо помогать, делать всякое разное, что делать не хочется, а надо. Потому что они сами не могут, а кроме меня – некому. Я единственный ребенок. И планирую, как их обиходить, чтоб и им хорошо, и не в ущерб себе.

Я вдруг поняла, что я совсем не такая карьеристка, как я о себе думала. Летом меня повысили, я стала всамделишным начальником.  Побыла им два месяца, и убедилась, что я ни разу не начальник. Мне не нравится командовать людьми, принимать решения, единственное, чего я хочу – это заниматься любимым делом, так, как я его  понимаю, и чтоб не мешали. И это именно то, чего мне ужасно не хватает сейчас. Любимого дела. Я продолжаю работать, нас не закрыли, я то, что называется «овед хиюни» — но любимого дела нет. Нельзя проводить группы, семинары. Я даже позвать к себе никого из своих подопечных детей не могу, нет приема посетителей. А по зуму я не могу нормально работать, так как не чувствую отклика.  Да и эффекта от такой работы никакого. Зарплата – есть, ИБД – есть, а эффекта — нет. И это грустно. Потому что и тут, кроме меня – некому. Не оттого, что я такая хорошая и правильная. Реально некому. Нет у нас в городской системе русскоязычных специалистов, кроме меня и еще одной психологини.

Помня себя в первый локдаун, учитывая весь этот год, для меня самой удивительно то, что я со страхом жду возвращения нас всех к реальной жизни. Потому что единственная мысль, которая меня держит и держала на плаву – все это временно. Вот закончится пандемия, и мы вернемся к реальной жизни. А если нет, не вернемся?  Или вернемся, но с такими побочками, что начнем скучать по карантинным временам?

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x