Блогосфера

Фото: Sraya Diamant/Flash90

Скованные одной цепью

Воинственные кличи и призывы к отмщению всегда будут более яркими и эффектными, чем призывы к компромиссам. Чтобы защищать идеи мира, нужно внушать людям чувство уверенности в себе и в своих силах, чтобы защищать идеи войны, нужно внушать им чувство страха и угрозы. Пестовать и лелеять страх намного более простая и благодарная задача, чем внушать силу, уверенность и чувство справедливости. Каждый новый инцидент порождает воспоминания обо всех предшествующих, даже столетней давности, и вскипает ярость благородная. Каждая уступка, каждый жест доброй воли воспринимается как измена.

Я думаю о кризисе и поражении израильских левых. И это не кризис лидеров или чьих-то обманутых ожиданий. Поражение не в том, что кто-то куда-то вошел или откуда-то вышел. Это не поражение в политической борьбе. Это кризис идей, точнее, возможности донести их до общества. Идеи мира, равенства и терпимости всегда и везде продвигались труднее, чем идеи группового эгоизма, соперничества и ненависти. Как только человечество с огромным трудом и ценой потерь, на фоне таких глобальных катаклизмов, как Вторая Мировая война, приходит к необходимости терпимости и гуманизма и закатывает на гору этот чертов камень, он тут же норовит скатиться обратно, да еще и придавить по дороге пару-тройку Сизифов.

Очень трудно и страшно заключать мир, намного труднее и страшнее, чем углублять конфликт. Потому что мир — это всегда компромиссы и потери. Потому что хочется добить и победить окончательно. Водрузить флаг над Рейхстагом. Сделать так, чтобы враг головы не мог понять. Потому что мир легко трактовать как унижение, как трусость, как предательство памяти павших. Потому что сторонники продолжения войны до полной и окончательной победы говорят о том, что мир с врагом – это измена и пораженчество. Потому что об этом можно говорить долго, громко и яростно. Потому что дипломатия и компромиссы выглядят бледно и неярко по сравнению с боевыми победами. Мир непопулярен, мир банален, миром нельзя гордиться. Воинственные кличи и призывы к отмщению всегда будут более яркими и эффектными, чем призывы к компромиссам. Чтобы защищать идеи мира, нужно внушать людям чувство уверенности в себе и в своих силах, чтобы защищать идеи войны, нужно внушать им чувство страха и угрозы. Пестовать и лелеять страх намного более простая и благодарная задача, чем внушать силу, уверенность и чувство справедливости. Каждый новый инцидент порождает воспоминания обо всех предшествующих, даже столетней давности, и вскипает ярость благородная. Каждая уступка, каждый жест доброй воли воспринимается как измена.

Национальные идеи легче и для восприятия, и для реализации, чем идеи равенства. Они апеллируют к древней и к более современной истории побед и достижений, потерь и унижений, они обращаются к чувству идентичности, к величию и к трагедиям. Наш народ – особенный, он отстоял свое право быть особенным, говорят националисты. Мы – для себя, нам никто не поможет. Нам можно плевать на абстрактный гуманизм и на абстрактное равенство, иначе нам не выжить и не сохраниться. Мы не такие как все. И снова смесь страха и гордости побеждает блеклые и трудно реализуемые идеи равенства.

Обществу легко отказаться от идей мира, равенства и справедливости, но их трудно вновь обрести. Тем более, в нашей стране, где последнее десятилетие премьер-министр последовательно и неустанно позиционировал их чуть ли не как нацпредательство. Так что неудивительно, что во время бесконечных выборов последнего года об этих идеях почти не вспоминали.

Левый лагерь избрал более простой и понятный путь предвыборной борьбы – присоединиться к лозунгам борьбы с коррупцией и борьбы с харедизацией, поймать на них тремп. Это внятные, простые, близкие каждому и очень актуальные идеи, противостоять которым могут лишь маргиналы. Оппозиция решила собрать под эти знамена всех, кого только можно, а там будет видно. Идеи равенства и мира отложили на потом. Чтобы не спугнуть. Потом, без Нетаниягу, говорить о них будет гораздо легче.

Был ли образовавшийся лагерь левым, были ли ему близки ценности мира и равенства – вопрос спорный. Но для правого лагеря было предельно ясно – раз оппозиция идет против Нетаниягу, значит, она — за мирные соглашения и государство всех граждан. Определенная логика в этом есть – ведь именно делегитимация идей мирных соглашений, противостояние внешнему давлению и укрепление национальной идеи и сформировали во многом имидж Нетаниягу. Именно на них основана его борьба с левым лагерем. Это его политическое кредо, его главный курс, его фарватер, поэтому вполне логично, что правый лагерь заподозрил оппозицию в стремлении сойти с него, несмотря на то, что оппозиция стыдливо обходила трудные темы. Но Нетаниягу дорог своему избирателю, несмотря на коррупцию, потому что избиратель видит в нем защиту от террора и от внешнего давления, Господина Безопасность. Ради этого ему готовы простить и коррупцию, и временами хаотический стиль руководства, и еще многое другое. Именно этот миф необходимо было развенчивать. Надо было говорить о том, что безопасность – это не сила сдерживания, не громкие заявления, не количество убитых палестинцев, а дипломатия и умеренность, взаимопонимание, уступки и мирные договоры. Но оппозиция пошла по более легкому и ясному пути, большую часть времени избегая по-настоящему важных, хотя и трудных для популяризации вопросов мира и равенства. Борьба с коррупцией и с харедизацией в силу очевидности этих двух проблем казались самым верным путем к победе на выборах.

И что выяснилось? Страх победил. Что бы ни говорила оппозиция, какие бы правильные слова она ни произносила, даже упоминала «потерю силы сдерживания» (как бы в попытке обойти Нетаниягу справа), но лагерь Ликуда упорно повторял, что сейчас придут «левые и раздадут всю страну арабам и разрушат национальный характер». Ненависть к коррупции и страх перед харедизацией оказались слабее страха перед «раздадут всю страну». Лагерь оппозиции и лагерь власти говорили на разных языках и о разных вещах. Оппозиция не нашла в себе то ли мужества, то ли желания начать говорить именно о том, чего больше всего боялись избиратели Ликуда – о мирных соглашениях и государстве всех граждан. Ее пропагандисты не стали развеивать страхи, она не занималась продвижением идей, борьба с которыми стала визитной карточкой Нетаниягу. Они не приняли удар, они предпочитали искать не там, где потеряли, а там, где светло. Даже совершенно необходимый и заранее предсказуемый шаг – внешнюю поддержку узкого правительства «Объединенным Списком» – лидеры оппозиции, как будто с нервным хихиканьем и бегающими глазками, представили как вынужденный, одноразовый и ни к чему не обязывающий. В результате страхи избирателя Нетаниягу все равно никуда не делись, а наоборот – обострились и привели к окончательному расколу общества, к порогу гражданской войны. Худшие подозрения избирателя правого лагеря подтвердились – оппозиция и в самом деле готова на союз со «сторонниками террора» и на измену «национальной идее».

Именно в ситуации этого неразрешимого конфликта, протекающего на фоне коронакризиса (и, возможно, лишь из-за карантина не перешедшего в полномасштабные беспорядки, насилие и агрессию) и был создан этот странный двухголовый уродец – коалиционные соглашения, больше всего напоминающие соглашения о прекращении огня: обе стороны недовольны; обе считают, что нужно было воевать до победного конца, до полного уничтожения врага; обе стороны считают, что дали больше, чем получили; обе стороны обвиняются в предательстве, измене и напрасных жертвах; обе стороны не верят в жизнеспособность соглашений, ждут от другой стороны их нарушения и сами готовы их нарушить при первом удобном случае; обе стороны готовы вцепиться друг другу в глотку и не делают этого только потому, что сейчас не готовы. Но соглашения о прекращении огня либо перерастают в полноценный мирный договор, либо используются для восстановления сил, вооружения и подготовки к следующему этапу борьбы. Оппозиция Нетаниягу – кого бы сегодня к ней не причислять – должна воспользоваться этой передышкой.

Но для того, чтобы выйти из кризиса, нужно помнить, что люди защищают не Нетаниягу, не коррупцию, не отсутствие социальных защит и разумного взвешенного руководства — они защищают свои страхи. Пока оппозиция не поймет, что нет другого способа победить Нетаниягу, кроме как действовать на его же поле, в его же координатах, пока не научится переубеждать людей в самых критичных для них вопросах и преодолевать самые сильные их страхи,  мы никуда не двинемся. Нам нужны не новые лидеры, а идеи и откровенный разговор о них. Лидеры – дело наживное. Пока мы не преодолеем этот раскол, так и будем жить при коалиционном соглашении, в точности его отражающем: две враждебные друг другу силы, скованные одной цепью.

*Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x