Конфликт

Служба превентивной безопаснсти ПА. Фото: циклопедия

Наш человек в Палестине

В 2009-м году израильские и палестинские силы безопасности совместно участвовали в почти 1 300 операциях, в основном против палестинских вооруженных группировок, что на 72% больше, чем в предшествовавшем году. Вместе они практически ликвидировали Бригады мучеников Аль-Аксы, главную милицию ФАТХа, атаковали ячейки Исламского Джихада, почти уничтожили социальные, финансовые и боевые структуры ХАМАСа на Западном Берегу.

Продолжааем публикацию глав из книги Натана Тралла, «Единственный язык, который они понимают». Натан Тралл — американский писатель, журналист и аналитик по Ближнему Востоку. Живет в Иерусалиме.

31 августа 2010 года, ночью перед ужином, которым Барак Обама отмечал начало переговоров с израильским и палестинским лидерами, боевик ХАМАСа застрелил четверых еврейских поселенцев в Хевроне – самом крупной и многонаселенной административной единице на Западном Берегу. Это нападение – самое кровавое за предшествовавшие два года – было осуждено официальными лицами обеих сторон, которые сказали, что целью теракта был срыв переговоров. Однако, согласно представителю ХАМАСа, эта стрельба имела вполне определенную цель – продемонстрировать неэффективность сотрудничества израильских и палестинских сил безопасности. Это сотрудничество упрочилось под неафишируемым управлением американского генерал-лейтенанта Кита Дейтона, командующего малоизвестной американской миссией, помогающей укреплению палестинских сил безопасности.

Силы безопасности, которые хамасовцы называли «отряды Дейтона», формально подчинялись Махмуду Аббасу, палестинскому президенту и главе партии ФАТХ, политического соперника ХАМАСа, но в действительности их контролировал Салам Файяд, неизбранный премьер-министр, миниатюрный технократ с хорошими манерами. Аббас назначил Файяда после переворота, который ХАМАС совершил в Газе в июне 2007, и поручил ему предотвратить повторение того же сценария на Западном Берегу.

Салям Файяд. Фото: википедия

Файяд получил докторскую степень по экономике в Техасском университете в Остине и работал в Федеральном Резервном Банке в Сент Луисе, в Мировом Банке, и в Международном валютном фонде (МВФ) до того, как стал министром в правительстве Арафата. Его репутация как ответственного и заслуживающего доверия финансового менеджера обеспечила стабильные поступления международной помощи, от которой зависела палестинская экономика. Хотя он не был популярен и за ним не стояла крупная политическая партия (его список «Третий Путь» в 2006-м году набрал на выборах 2.4% голосов), он отвечал за почти все аспекты палестинского правления. Однако он не принимал участия в переговорах с Израилем по поводу поселений, которые вела ООП (Файяд не входил в руководство ООП) под руководством ее председателя Аббаса, которому в 2016-м году исполнился 81 год.

Файяд подвергался критике в ПА по тем же самым причинам, которые делали его популярным за границей. Он осуждал насильственные действия против Израиля как не отвечающие национальным устремлениям своего народа, утверждал, что палестинские беженцы должны быть размещены не в Израиле, а в будущем палестинском государстве, и предлагал, чтобы оно предложило гражданство и евреям. О нем одобрительно писали в колонках мнений в Вашингтон Пост, Уолл Стрит Джорнал и Нью Йорк Таймс, он состоял в хороших отношениях с непопулярными в Палестине иностранными лидерами: во время его первого визита в Овальный кабинет в 2003-м году Джордж Даблью Буш приветствовал его традиционным жестом Техасского университета.  На свадьбе дочери главы администрации Ариеля Шарона Файяд сидел рядом с Шароном и вел с ним беседу на протяжении нескольких часов.

В феврале 2010 Файяд, которого Шимон Перес сравнил с Бен-Гурионом, выступал на ежегодной Герцлийской конференции по безопасности. Большая часть речи Файяда касалась его амбициозных планов, впервые обнародованных в конце августа 2009-го, провозгласить в течение ближайших двух лет в одностороннем порядке палестинское государство де факто. К тому времени, по словам Файяда, «реальность государства станет очевидна всему миру». Стремление Файяда «построить» государство – он не сказал, что оно будет провозглашено – было поддержано Ближневосточным Квартетом и мировыми инвесторами.

Некоторые палестинцы не приняли план Файяда, поскольку он слишком напоминал концепцию Нетаниягу об «экономическом мире», в которой развитие предшествовало независимости. Ряд израильтян выразили опасения, что палестинцы рассчитывают на признание их государства Соединенными Штатами в случае, если эти планы будут осуществлены. Тогдашний израильский министр иностранных дел Авигдор Либерман предупредил, что любые односторонние шаги, которые будут предприняты в направлении создания государства приведут к тому, что Израиль аннулирует все существующие договоренности и аннексирует части Западного Берега.

Файяд говорил, что его целью было оказать давление на переговорах. Майк Герцог, глава администрации министра обороны Эхуда Барака, предполагал, что Файяд считал, что переговоры не завершатся успехом, и его план останется единственным вариантом. Опасность и для Израиля, и для ПА заключалась в том, что могла не сработать ни одна из этих идей. Герцог говорил, что Израиль не уйдет с территорий в ответ на декларации или резолюции ООН. В таком случае существовал риск, что у ХАМАСа найдутся убедительные аргументы, что единственное, что может принести освобождение – это насилие.

В течение первого года стратегия Файяда работала. Его администрация запустила более тысячи проектов развития, в том числе прокладку дорог, высадку деревьев, бурение водяных скважин и строительство новых зданий, в особенности в Рамалле и Эль-Бире. Он снизил зависимость от иностранной помощи и вынашивал планы строительства новых больниц, учебных классов, зданий судов, промышленных зон, жилых домов и даже нового города, Раваби, между Рамаллой и Шхемом. Но реформа сил безопасности, по словам представителя ПА Гассана Хатиба, была «главной и интегральной частью плана Файяда. Многие другие успехи правительства, в том числе экономический рост, стали результатом именно этих шагов».

Своим избирателям правительство Файяда представило реформу полиции и других сил безопасности как вопрос обеспечения закона и порядка – борьбы с преступными группировками, координация работы конкурирующих служб, запрета на ношение оружия, поиска угнанных машин. Но самым важным элементом его плана была программа борьбы с террором, которая была направлена против ХАМАСа и воспринималась многими палестинцами как коллаборационизм. Поиск членов ХАМАСА и тех, кто им симпатизировал, должен был снизить опасность захвата Западного Берега и, самое главное – продемонстрировать, что Файяд контролирует ситуацию, и что Израиль может благополучно оставить территории.

В 2009-м году израильские и палестинские силы безопасности совместно участвовали в почти 1 300 операциях, в основном против палестинских вооруженных группировок, что на 72% больше, чем в предшествовавшем году. Вместе они практически ликвидировали Бригады мучеников Аль-Аксы, главную милицию ФАТХа, атаковали ячейки Исламского Джихада, почти уничтожили социальные, финансовые и боевые структуры ХАМАСа на Западном Берегу.

Согласно ежегодному отчету ШАБАК за 2009-ый год, «непрерывная [контртеррористическая] деятельность, проводимая совместно израильскими и палестинскими силами безопасности, стала главной причиной» того, что количество атак жителей Западного Берега и Восточного Иерусалима достигло минимума с 2000-го года. По словам Герцога, под руководством Файяда уровень взаимодействия, был «лучшим со времени Второй интифады – он был великолепным». Мона Мансур, депутат от ХАМАСа в палестинском парламенте и вдова убитого лидера движения, говорила: «ПА больше преуспела в борьбе с ХАМАСом на Западном Берегу, чем Израиль».

В центре реформ систем безопасности были 9 «особых батальонов» Национальных Сил Безопасности, которые в 2010-м году представляли собой 8-тысячную жандармерию, которая была самой крупной единицей из тогда 25-тысячных палестинских вооруженных сил на Западном Берегу. Офицером, ответственным за проверки, обучение, снаряжение и стратегическое планирование в этих особых батальонах был Генерал-Лейтенант Кит Дейтон, занимавший должность американского координатора по вопросам безопасности Израиля и Палестинской автономии с 2005 по 2010 годы.
В пустующем городе в шестнадцати милях к юго-востоку от Аммана более трех тысяч палестинцев заканчивали девятнадцатинедельные курсы обучения под руководством Дейтона в тренировочном центе Иорданской полиции, построенном в 2003-м году на американские средства для обучения иракской полиции. В Хевроне, Дженине, Иерихоне и Рамалле миссия Дейтона обеспечивала строительство и обновление гарнизонов, учебных центров, объекты Министерства внутренних дел и штабы безопасности – некоторые из них, как тот, что я в 2010 посещал на холме в центре Хеврона, были разрушены во время Второй Интифады. Офис Американского координатора по безопасности (USSC) планировал строительство новых лагерей в Бейт Лехеме, Тубасе и в Тулькарме и новых объектов в Хевроне и Рамалле. Он планировал двухмесячные курсы лидерства для высших офицеров ПА, назначил людей на созданные им должности советников в Отдел Стратегического Планирования при Министерстве Внутренних Дел. Между 2007-м и 2010-м Госдеп США выделил миссии Дейтона 392 миллиона долларов и планировал выделить еще 320 миллионов с 2011 по 2013.

В штабе USSC, расположенном в каменном здании 19-го века в Консульстве США в Восточном Иерусалиме, работало 45 постоянных сотрудников – в основном американские и канадские, но также и британские, и турецкие армейские офицеры. Там работало также 28 контрактников из размещенной в штате Вирджиния DynCorp International. К концу 2011 – сроку, приуроченному к дедлайну Файяда – USSC планировал обеспечить подготовку батальона Национальных Сил Безопасности для каждой административной единицы на Западном Берегу, за исключением Иерусалима.

Продолжение следует

Перевод Анны Кац

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x