Экономика

Иерусалим. Каньон. Фото: Olivier Fitoussi/FLASH90

Пандемия меняет мировую экономику

Судя по большинству экономических данных, вырисовывается следующая ситуация: десятилетиями практически ничего не происходило, а в 2020 году коронавирус все изменил.

Теория «черного лебедя» утверждает, что неожиданные  события играют гораздо большую роль, чем мы думали.

Задолго до 2020 года ученые опасались вспышки респираторного зооноза в Азии и ее распространения по всему миру, но почти никто не предвидел ее последствий. Судя по большинству экономических данных, вырисовывается следующая ситуация: десятилетиями практически ничего не происходило, а в 2020 году коронавирус все изменил.

До 2020 года самые сложные экономические модели предполагали, что пандемия масштаба испанского гриппа в 1918 году убьет 71 миллион человек во всем мире и сократит ВВП (валовый внутренний продукт) на 5%. Согласно прогнозу Международного валютного фонда (МВФ) за июнь, к концу 2020 года мировой ВВП будет ниже, чем должен был бы быть при отсутствии пандемии. Ожидается, что вместо роста примерно на 3% в этом году мировая экономика продемонстрирует самый резкий отрицательный рост со времен Второй мировой войны — около 5% (по оптимистичный прогнозам, около 4%). Для сравнения, во время экономического кризиса 2009 года мировой ВВП сократился всего на 0,1%.

Кумулятивные эффекты пандемии были весьма серьезными. В апреле доля работающих американцев в возрасте 25-54 лет упала ниже 70% впервые почти за 50 лет. По данным Международной организации труда (МОТ), во втором квартале этого года шестая часть молодых людей во всем мире потеряла работу, а остальная рабочая сила сократилась примерно на 25%.

В апреле доля работающих американцев в возрасте 25-54 лет упала ниже 70% впервые почти за 50 лет. По данным Международной организации труда (МОТ), во втором квартале этого года шестая часть молодых людей во всем мире потеряла работу, а остальная рабочая сила сократилась примерно на 25%

Когда в январе Китай объявил полную изоляцию Уханя, это было воспринято как шаг, на который способно только авторитарное правительство с передовыми техническими средствами. Ученые в Великобритании, например, сначала даже не думали об изоляции, потому что считали, что это невозможно.

Но готовность правительств практически полностью заблокировать экономику была одним из многих сюрпризов. В богатых странах пандемия привела к серии беспрецедентных правительственных вмешательств в сферы рынка труда и капитала. В пяти крупнейших экономиках Европы более 40 миллионов работников были отправлены в неоплачиваемые отпуска в рамках программ, финансируемых государством. Соединенные Штаты настолько увеличили пособия для безработных, что более чем в 60% случаев они превысили получаемую людьми зарплату. Федеральный резервный банк начал фактически поддерживать рынок корпоративных облигаций США, а Германия предложила гарантии по кредитам в размере почти четверти ВВП.

Пандемия стала четвертым серьезным потрясением для мировой экономики в 21-м веке. Это серьезный кризис, но это также и возможность сформулировать новый общественный договор

Однако эти льготы недешевы, о чем свидетельствует всплеск государственного кредитования. В июне МВФ предсказал, что отношение долга к ВВП в развитых странах вырастет со 105% в 2019 году до 132% в 2021 году. Растущее долговое бремя привело к новой финансовой активности. Балансы центральных банков раздулись, поскольку они напечатали триллионы долларов для покупки государственных облигаций, а ЕС впервые в своей истории выпустил крупномасштабные совместные облигации для финансирования фонда по восстановлению. Казавшаяся радикальной экономическая политика после кризиса 2009 года выглядит бледной тенью на фоне принимаемых сейчас мер.

Опыт показывает, что богатые страны могут быстрее справиться с последствиями катастрофы. После урагана «Катрина», разрушившего Новый Орлеан в 2005 году, уровень безработицы подскочил с 6% до более чем 15%, но снова упал до менее 6% в феврале 2006 года.

Но в отличие от ситуации после урагана «Катрина» на этот раз невозможно сбежать в лучший экономический климат: коронавирус продолжает распространяться, и во многих странах наблюдается возобновление роста числа инфицированных людей. США и Австралия уже пережили две волны пандемии. Франция, Испания и Великобритания готовятся ко второй волне. Индия находится на подъеме эпидемии. И никто не знает, насколько пандемия распространилась в бедных странах. И хотя велики надежды на выпуск на рынок вакцины в 2021 году, нет никаких гарантий ее эффективности и безопасности. Возможно, что ограничения социальной дистанции останутся с нами на долгие годы.

В июне Всемирный банк предсказал, что страны с низким и средним уровнем дохода впервые за 60 лет переживут отрицательный экономический рост, а 89 миллионов человек окажутся в ситуации крайней бедности (количество таких людей вырастет на 15%). Единственной крупной экономикой, которая может оказаться в положительной зоне, остаётся Китай. Страна первая столкнулась с эпидемией и потому раньше всех начала противодействовать распространению коронавируса. Худшие же результаты, при этом, продемонстрируют экономики Индии, Мексики и ЮАР. Данные по второму кварталу из Китая, как и показатели ряда других развитых экономик, оказались лучше, чем предполагалось еще в июне.

Опыт показывает, что богатые страны могут быстрее выйти из рецессии: после того, как ураган «Катрина» разрушил Новый Орлеан в 2005 году, уровень безработицы подскочил с 6% до более чем 15%, но снова упал до менее 6% в феврале 2006 года

 На ситуацию, сложившуюся в мире до пандемии, оказали влияние три крупнейших потрясения 21-го века: интеграция Китая в мировую торговую систему, глобальный экономический кризис и рост цифровой экономики. По мере того, как все больше китайцев оставляли бедную жизнь в деревнях в пользу работы на фабриках, все больше дешевых товаров текло на запад, а все больше финансовых активов утекало на восток, что в итоге способствовало инфляции, низким процентным ставкам и потере рабочих мест в богатых странах.

Финансовый кризис привел к обвалу спроса и дальнейшему снижению процентных ставок, а развитие технологий привело к снижению конкуренции, огромным прибылям корпораций и падению доли доходов сотрудников.

Повсеместные карантины также нанесли ущерб психическому здоровью: более 10% американцев заявили, что серьезно задумывались о самоубийстве.

Четвертое потрясение 21-го века

Пандемия коронавируса — четвертое серьезное потрясение нынешнего столетия. Падение спроса сейчас намного серьезнее, чем десять лет назад: уровень сбережений может быть высоким в течение многих лет, а процентные ставки, как ожидается, останутся низкими и даже отрицательными в течение длительного времени, чтобы поддерживать цены на активы, даже при слабой экономике. Компании лучше осведомлены о рисках, с которыми сталкиваются цепочки поставок, и пандемия усилит желание приблизить их к дому и диверсифицировать поставщиков. Кроме того, потребители массово переходят от покупок у розничных торговцев к онлайн-покупкам. И они уже привыкли получать медицинские и образовательные услуги онлайн.

Потребители массово переходят от покупок у розничных торговцев к онлайн-покупкам. И они уже привыкли получать медицинские и образовательные услуги онлайн

Цены на акции технологических корпораций резко выросли. Несмотря на падение курса в сентябре, акции FANG + технологических компаний на Нью-Йоркской фондовой бирже в этом году принесли доход около 60%. Компании быстро адаптировались к работе из дома и ускорили инвестиции в поддерживающие ее технологии.

Пандемия останется в нашей памяти как поворотный момент в политической, географической и экономической сфере. Из 2020 года мир вступает в эпоху ожесточенной конкуренции между супердержавами. В некоторой степени распространение COVID-19 обострило напряженность между Китаем и США. Америка пыталась убедить мир отказаться от китайских технологий пятого поколения, активизировала расследования иностранных инвесторов и наложила санкции, чтобы ограничить доступ Китая к ее технологии чипов. А сейчас США вынуждают китайский Tiktok продать свою компанию. Китайские инвестиции в США также резко упали, и хотя зависимость двух держав друг от друга слишком велика, чтобы полностью отказаться от сотрудничества, они пытаются диверсифицироваться и торговать с другими странами.

В местной политике богатых стран пандемия угрожает сложившемуся статус-кво. В отличие от глобального экономического кризиса, это не вина Уолл-Стрит, но сочетание слабой экономики с высокими ценами на недвижимость может вызвать возмущение общественности, особенно в свете уровня безработицы среди низкооплачиваемых рабочих.

В будущем изменятся способы борьбы с рецессией (в том числе из-за крупномасштабного распределения денежных средств, осуществленного в этом году среди домашних хозяйств). И сохранятся условия для переосмысления общественного договора, на возникновения которых в результате глобализации и финансового кризиса у многих были большие надежды. Вопрос в том, готовы ли сегодняшние политические силы к решению данной задачи, или они выведут недовольство изменениями на новый виток популизма.

Необходимые изменения будут зависеть от понимания того, насколько значительными будут структурные изменения, вызванные пандемией. Все начинается с торговли.

 

По материалам The Marker  и Calcalist

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x