Конфликт

Слева: Шауль Ариэли (фото: Википедия), справа: Натан Тралл, фото с собственного сайта писателя

Совершенство как препятствие

Чья позиция вернее? Бескомпромиссная, требующая полной справедливости и неумолимо нравственно ясная, дающая ответы на все вопросы? Или прагматичная и реализуемая, соответствующая международному праву и разделяемая и большинством израильтян, и большинством палестинцев? Каждый решает это для себя, но оба автора бесконечно интересны и заслуживают того, чтобы с их работами внимательно ознакомились.

Среди исследователей палестино-израильского конфликта стоит особо выделить две фигуры: американского журналиста, живущего в Иерусалиме, Натана Тралла, автора блестящей книги «Единственный язык, который они понимают», и полковника ЦАХАЛ в  запасе, советника нескольких премьер-министров, участника переговоров с палестинцами и автора множества книг доктора Шауля Ариэли.

Обоих отличают энциклопедические знания, основательный подход и блестящая манера изложения. Оба представляют подробную картину истории и сегодняшней реальности конфликта. Оба предлагают читателю добросовестную и хорошо обоснованную информацию, заставляющую многое пересмотреть. Оба прекрасно знают «палестинский нарратив». Оба видят истоки конфликта не в 1967, и даже не в 1948, а в 1917, когда была принята Декларация Бальфура о «создании национального очага для евреев» в Палестине, в которой eвреи составляли не больше 10% населения, что было воспринято коренным арабским населением как вопиющее нарушение его права на самоопределение. Оба считают необходимым восстановление справедливости. Оба объективны и видят страдания обеих сторон конфликта.

Тем более интересно проследить различия между ними, особенно с учетом того, что каждый из них представляет распространенную среди левого лагеря позицию: Шауль Ариэли – неутомимый и убежденный пропонент двухгосударственного решения, предлагающий в своих работах пути его практической реализации, а в статьях Натана Тралла можно найти серьезные аргументы в поддержку единого демократического государства.

В своем эссе «Один День Абеда Саламы» Тралл ясно дает понять, что дискриминация неевреев внутри Израиля и режим апартеида на территориях – не случайность, не поворот истории, из которого трудно выбраться по политическим причинам и по соображениям безопасности, а интегрально встроенная проблема Израиля, заложенная в самих принципах его существования. Он считает, что Израиль всегда был государством апартеида. Он не считает ситуацию на территориях чем-то принципиально отличным от ситуации в Израиле, тем более, что до 1966 израильские арабы подвергались такому же угнетению и точно так же лишались земли и не имели базовых прав: «Израиль создал для них репрессивный военный режим, включавший комендантский час, требование разрешений, ограничения на передвижения, запрет политических партий, заключения без суда и закрытые военные зоны, где могли свободно перемещаться только евреи, но не палестинцы. К тому же палестинские деревни были отгорожены от дорог, которые использовались соседними еврейскими населенными пунктами. С 1948 по 1966 военный режим применял жестокие наказания, например, палестинских жителей заставляли пройти несколько километров, чтобы трижды в день отмечаться в полицейском участке или стоять под деревом от рассвета до заката в течение шести месяцев. Восьмилетних детей подвергали допросам об их политических взглядах. Во время выборочной проверки документов молодежь избивали дубинками. Наказания полагались тем, кто не приветствовал военного губернатора.»

Безоглядно нравственная позиция

Тралл утверждает, что превосходство евреев в Израиле прошито в сионистской идеологии и препятствует созданию политической нации израильтян. Он обвиняет левых сионистов в том, что для них двухгосударственное решение – не стремление к созданию независимого государства для палестинцев, а лишь способ отгородиться от них ради сохранения демографического преимущества. Его работы наводят на мысль о том, что никакое справедливое решение палестинского вопроса невозможно без полного решения проблемы беженцев и создания в Израиле и Палестине переформатированного демократического государства всех граждан. Позиция, излагаемая Траллом, близка позиции палестинцев столетней давности, до исторического решения ООП признать Резолюции Совета Безопасности 242 и 338 (то есть, по сути, признание Израиля в границах 1967) в 1988 и признания права Израиля на безопасное существование в ходе процесса Осло в 1993.

Тралл бескомпромиссен и беспощаден в своих оценках. Рядом с ним лагерь мира, озабоченный в первую очередь поиском компромисса между Израилем и палестинцами и не связывающий решение проблемы внутриизраильской дискриминации с решением проблемы бесправия палестинцев на территориях, выглядит моральным уродом. Безоглядно нравственная позиция, стремление к справедливости для всех, отказ от национализма как главной государственной идеи – все это безусловно импонирует многим, особенно за границей. Тем более, что в последние годы нет никакого продвижения мирного процесса, и даже самым большим друзьям Израиля за границей становится все труднее оправдывать продолжение оккупации и расширение поселенчества. Аморальность действий Израиля и отсутствие у него желания что-либо менять становятся все более очевидными даже для тех, кто раньше предпочитал этого не замечать или находить для него оправдания.

С другой стороны, трудно не обратить внимание — и в других своих эссе автор и сам это отмечает – на то, что этот подход очень близок именно к подходу израильских правых. Они так же считают неравенство неотъемлемой чертой сионистского Израиля, хотя они не видят в этом проблемы. Они так же считают, что разрешение конфликта невозможно без уничтожения того Израиля, который мы знаем, и полного отказа от сионистской идеи. Они так же не разделяют Израиль в пределах Зеленой Черты и территории к востоку от нее. Они так же считают, что без удержания Западного Берега сионизм не имеет морального оправдания своего существования. Они так же обвиняют левый лагерь в лицемерии и расизме. Кроме того, правым очень удобно выискивать и демонстрировать именно такой подход, выдавая его за консенсусный среди палестинцев и использовать его в своей пропаганде: например, они раздувают миф о том, что палестинцы требуют возвращения всех пяти миллионов палестинских беженцев или освобождения всей Палестины «от реки до моря».

Готовность пойти на уступки

Шауль Ариэли, в отличие от Натана Тралла, прагматик. Он видит всю несправедливость, творящуюся за Зеленой Чертой, и в одном из последних своих интервью говорит, что если так и будет продолжаться, мы окончательно превратимся в государство апартеида – слово, которое раньше в Израиле почти никто не использовал. Он открыто говорит о палестинском нарративе, как об имеющем под собой фактическую основу, безусловно имеющем право на существование и обладающем нравственной правотой. При этом он говорит и об израильских интересах, главным из которых он считает прекращение оккупации и создание Палестинского государства. Как бывший боевой офицер, он много говорит о вопросах безопасности. В том же интервью он отмечает, что подавляющее большинство руководства армии и служб безопасности считает, что двухгосударственное решение больше отвечает интересам безопасности, чем «сохранение статус-кво» (а по сути – ползучая экспансии). Подробнее об аргументах профессионалов в сфере безопасности можно прочесть на сайте Молад.

Полковник Ариэли неустанно напоминает о готовности палестинцев к компромиссу и об огромном пути, который они проделали в этом направлении: с начала 1920-х, когда Арабские конгрессы требовали создания в Палестине одного демократического государства для всех жителей — к готовности на уступки в 1988, 1993 и потом, в ходе мирных переговоров в Кэмп-Дэвиде, Табе и после конференции в Аннаполисе. Как известно, палестинское руководство согласилось не только на границы 1967 (то есть, на 22% исторической Палестины), но и на обмен территориями, чтобы Израиль мог оставить за собой крупные поселенческие блоки, на демилитаризованное государство и на возвращение в Израиль лишь символического числа беженцев – то есть, они согласны на гораздо меньшее, чем это оговаривает международное право. И в этом Ариэли видит не предательство палестинским руководством своего народа, а прагматизм и реализм, готовность пойти на уступки ради обретения независимости. Такого же прагматичного и реалистического подхода он ждет и от израильского руководства.

В последнее время и правые, и левые все больше говорят о том, что двухгосударственное решение больше нереализуемо. Как специалист по границам, консультант нескольких правительств и участник ряда переговоров, доктор политической географии Шауль Ариэли оспаривает и этот аргумент, предлагая свою реальную карту (изготовленную по просьбе группы «Командиры за безопасность Израиля). Эту карту с подробными описаниями можно изучить и в его Атласе конфликта, и – более подробно – в его вышедшей год назад работе, посвященной альтернативе плану Трампа. Он говорит, что в случае готовности Израиля к переговорам палестинцы могут проявить гибкость и в других вопросах.

Стоит отметить, что двухгосударственное решение не только пользуется поддержкой международного сообщества, включая арабские страны, не только является самым популярным и среди израильтян, и среди палестинцев на Западном Берегу и в Газе, но и пользуется поддержкой около 90% израильских арабов. Трудно было бы их упрекнуть и в расистском желании отгородиться от палестинцев с территорий ради сохранения еврейского большинства. Многочисленные опросы показывают, что израильские арабы идентифицируют себя с Израилем, и для них требование равноправия не вступает в конфликт с требованием создания Палестинского государства. Создание Палестинского государства входит и в программы почти всех арабских партий. Израильская нация существует де-факто, несмотря на все внутренние конфликты. На территориях же по понятным причинам не сложилась совместная арабо-еврейская жизнь даже в том виде, в котором она существует в Израиле. Общая ткань жизни не сформировалась и в аннексированном Восточном Иерусалиме. Нация формируется гражданством и чувством сопричастности, общей судьбы, а не этническими признаками или волевым усилием, даже продиктованным чувством справедливости.

После майских столкновений и беспорядков поддержка единого государства среди палестинцев с территорий вернулась с трети, наблюдаемой еще недавно, к 20%, то есть, к уровню, неизменно существовавшему в течение долгого времени до 2018. Таким образом, можно сказать, что двухгосударственное решение – не только более привычное и признанное, но и более демократическое и отвечающее интересам сторон.

Чья позиция вернее? Бескомпромиссная, требующая полной справедливости и неумолимо нравственно ясная, дающая ответы на все вопросы? Или прагматичная и реализуемая, соответствующая международному праву и разделяемая и большинством израильтян, и большинством палестинцев? Каждый решает это для себя, но оба автора бесконечно интересны и заслуживают того, чтобы с их работами внимательно ознакомились. Независимо от того, какую позицию занимает читатель, он наверняка найдет для себя много полезного.

Я хочу закончить словами еще одного замечательного автора, Эйнат Ронен, взятыми из ее статьи «Никто не говорит о справедливости»:  «Абсолютная справедливость считается путем к совершенству, а все, что называют совершенным и абсолютным – самое большое препятствие на пути к миру. Она не оставляет места для уступок и компромиссов, и поэтому недостижима. Она подрывает основу диалога, делает переговоры нелегитимными, радикализирует дискурс и разводит по непримиримым позициям. Но есть и другая справедливость. Она позволяет выложить на стол переговоров право знать правду, обещание не допустить возобновления конфликта и возможность диалога. Она более гибкая, более сложная, она оставляет место открытости и компромиссу, а не сосредотачивается на скорби.»

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x