Конфликт

Фото: AVSHALOM SASSONI/POOL

Амирам Бен Улиэль признан виновным

Амирам Бен Улиэль признан виновным в тройном убийстве. Бен Улиэль также признан виновным в двух попытках убийства и оправдан по статье о членстве в террористической организации. Он три раза признался в убийстве, но суд признал действительным только его последнее признание. Судья не исключает версию, по которой Бен Улиэль покрывает ещё одного человека, замешанного в убийстве.

В понедельник утром подозреваемый в убийстве семьи Давабше Амирам Бен Улиэль был признан виновным в трёх убийствах, совершённых в деревне Дума на Западном берегу в 2015 году. Кроме того, окружной суд Центрального округа в Лоде признал Бен Улиэля виновным в двух попытках убийства, в двух актах поджога и в заговоре с целью совершения преступления на националистической почве, но при этом оправдал его по статье о членстве в террористической организации. Напомним, что, в результате теракта были убиты трое членов семьи Давабше – родители Саади и Рихам и их трёхлетний сын Али. Адвокаты Амирама Бен Улиэля не согласны с приговором и намерены обжаловать его в Верховном суде.

В ходе следствия Бен Улиэль сознался в совершении убийства три раза, но два его признания суд отказался признавать, так как в первый раз он признал вину в ходе применения мер физического воздействия, а во второй раз непосредственно перед их применением. Судья Рут Лорах постановила, что только третье признание в полной мере является приемлемым.

Судейская коллегия в составе судей Рут Лорах, Цви Дотана и Дворы Атар написала в своём решении о признании Бен Улиэля, что «речь идёт о весьма весомом признании, соответствующем имеющимся уликам и исключающем вероятность самооговора ни в чём не повинного человека». В приговоре также сказано, что Бен Улиэль «не входит в группу риска совершения самооговора». Кроме того, в решении судей сказано, что «признание обвиняемым своей вины следователю Мигелю было непрерывным, очень подробным, включающим многочисленные подробности совершённого преступления». Вдобавок к признанию обвиняемого имеются улики: способность обвиняемого восстановить череду событий в ходе следственного эксперимента, сообщение им множества подробностей, две из которых не были до того известны следователям – цвет автомобиля, припаркованного рядом с местом преступления, и описание устройства окна во втором доме и того, в какую сторону оно открывалось».

Что касается членства Бен Улиэля в террористической организации, то судьи отметили, что убийство семьи Давабше является актом террора, но не имеется доказательств того, что обвиняемый совершил его в рамках деятельности террористической организации. «Речь идёт о единичном действии, за которое подсудимый обвиняется, однако не доказано, что он разделяет идеологию террористической организации, — говорится в решении суда. – На основании имеющихся улик нельзя в полной мере исключить, что речь идёт об акте возмездия, совершённом в рамках расистской идеологии, которую разделяет обвиняемый, не являющийся при этом членом организованной террористической группировки». Ещё в приговоре сказано, что «на основании имеющихся улик невозможно однозначно определить, находился ли на месте преступления ещё один человек, и предположение о том, что обвиняемый скрывает своего сообщника, возможно, имеет под собой основания».

Хусейн Давабше, отец Рихам и дед Али, сказал после вынесения приговора: «Я чувствую, что этот суд совершился для других людей, но не для меня. Моя дочь, мой зять и внук не вернутся, но я не хочу, чтобы другие дети оказались на месте Ахмада (сын Саада и Рихам, который выжил в теракте).  Мы перенесли тяжёлую травму, и даже через 100 лет я не смогу забыть того, что случилось, и не хочу, чтобы это произошло с другими семьями».

Адвокат Ицхак Бам, защищавший Бен Улиэля, вместе с адвокатом Ашером Охайоном, так прокомментировал обвинительный приговор: «После того, как суд признал легитимными признание и следственный эксперимент, совершённые под пыткой, вынесение обвинительного приговора стало лишь предметом судебной акробатики, связавшей признание обвиняемого и противоречащие ему улики, обнаруженные на месте преступления».  По словам адвоката Бама, «после того, как окружной суд выполнил эту акробатическую задачу, перед нами открылась возможность подачи в Верховный суд апелляции против самого факта добывания признания под пыткой. Положительным моментом в приговоре является то, что судьи воздержались от осуждения Бен Улиэля по статье о членстве в террористической организации».

Сотрудник прокуратуры Яэль Ацмон так прокомментировала приговор: «Суд постановил, что обвиняемый заранее спланировал террористический акт, обзавёлся двумя бутылками с горючей смесью и бросил одну из них ночью в окно спальни дома, в которой в тот момент находились члены семьи Давабше.  В ходе расследования обвиняемый признался в совершении теракта, сообщил важные детали и даже принял участие в следственном эксперименте, восстанавливавшем события той ночи. Суд нашёл также дополнительные внешние доказательства, подтверждающие признание обвиняемого». По словам Яэль Ацмон, «речь идёт о теракте, совершённом по расистским мотивам в отместку за теракт, в котором был убит Малахи Розенфельд. Суд постановил, что речь идёт о террористическом акте и этим заявил, что террор – это террор, и национальная принадлежность исполнителей не имеет значения».

Согласно обвинительному приговору, Бен Улиэль убил членов семьи Давабше в одиночку, в отместку за убийство Малахи Розенфельда, совершённое возле деревни Дума месяцем ранее.  Он осуществлял наблюдение над деревней вместе с А., несовершеннолетним, участвовавшим в планировании преступления. Оба они обсуждали место будущего теракта и выбрали деревню Дума и, в случае успеха, собирались осуществить ещё один теракт в соседней деревне Мадждаль. Их целью было убийство людей в их домах.

В обвинительном заключении говорилось, что в ночь на 30 июля Бен Улиэль надел одежду тёмного цвета и вышел из дома с сумкой на встречу с несовершеннолетним обвиняемым, которая должна была состояться в пещере рядом с поселенческим форпостом Ишув Ха-Даат. Так как несовершеннолетний на встречу не пришёл, обвиняемый решил совершить теракт в одиночку. Для того, чтобы придать теракту большее значение и избежать поджога нежилого дома, Бен Улиэль искал в деревне дом с явными признаками, подтверждающими, что в нём кто-то находится.

Вначале он бросил бутылку с горючей смесью в окно дома Мамун Давабше, но оказалось, что в нём никого не было. После этого Бен Улиэль подошёл к дому Саада и Рихам Давабше, держа в руке вторую бутылку с горючей смесью. Он открыл окно спальни, в которой в то время находились члены семьи, поджёг бутылку, бросил её в окно и скрылся. В доме начался пожар. Полуторалетний Али Саад Давабше и его родители погибли, ещё один ребёнок Ахмад, которому было 4 года, остался в живых, но получил серьёзные ожоги.

В июне 2018 года окружной суд Центрального округа признал недействительным признание несовершеннолетнего А. о причастности к убийству, на том основании, что оно было получено с применением «мер воздействия». При этом, были объявлены законными его признания в отношении другой деятельности, именуемой на лексиконе сил безопасности «бунтарской».  Речь идёт о нескольких акциях «таг мехир» (возмездие), имеющих отношение к убийству в Думе.

В мае 2019 года окружной суд Центрального округа в Лоде на основании соглашения между прокуратурой и защитой вынес решение, по которому А. участвовал в подготовке теракта. По этому соглашению, несовершеннолетний признается и будет осуждён за участие в заговоре с целью поджога дома семьи Давамше по расистским мотивам, а также за его причастность к другим преступлениям на почве национальной ненависти. Прокуратура согласилась не требовать для него более пяти с половиной лет тюремного заключения. В минувшем октябре окружной суд в Лоде вынес приговор, по которому А. являлся членом террористической организации.

Оригинал на сайте «Гаарец»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x