Арабский мир

Палестинцы получают посылки с едой в Центре БАПОР в Хан-Юнисе, 7 марта 2020 года . Фото: Пэдди Фахд , Flash-90

"Мы стали нищим народом"

"Я не могу смотреть в глаза своим детям, когда один из них просит купить ему пакетик чипсов, который стоит шекель, а у меня его нет. Сейчас Рамадан, сладости должны быть на каждом столе, но у нас нет возможности купить их." Кризис сильно ударил по палестинскому обществу.

А. из Дженина, который предпочел не называть свое имя, оказался на грани  нищеты в результате кризиса из-за пандемии коронавируса :«У меня на иждивении пятеро детей. Я получил первую степень по социологии в университете Ан-Наджах, но не нашел работу. Я пытался работать в Израиле, но мне не дали разрешение, потому что мой брат в тюрьме. Я нашел работу на каменоломне. Это  тяжелый физический труд, но я хотя бы зарабатывал 1800 шекелей в месяц. Моя жена не работает. Меня уволили из-за коронавируса. Я уже больше двух месяцев без работы и не уверен, что вернусь на прежнее место, потому что владелец бизнеса говорит, что у него финансовые проблемы. Мы обратились в муниципалитет и получили купоны на два продуктовых набора. Но что есть в наборе? Килограмм риса, килограмм чечевицы, две упаковки молока, килограмм сахара, чай, мука и масло. Этого не хватит на семью.

«Соседи понимают нашу ситуацию. Иногда мы просыпаемся и находим на пороге дома пакет с продуктами, не зная, кто оставил его. Мы не прикасались к мясу больше месяца. Наше питание преимущественно состоит из бобовых и овощей, которые мы выращиваем.

«Я не могу смотреть в глаза своим детям, когда один из них просит купить ему пакетик чипсов, который стоит шекель, а у меня его нет. Сейчас Рамадан, сладости должны быть на каждом столе, но у нас нет возможности купить их.»

«Жена понимает всю тяжесть нашего положения, но именно она поддерживает меня и постоянно повторяет, что многие семьи сейчас в такой же ситуации, и что эти трудные времена пройдут. Она готовит сладости из остатков сухого хлеба с водой, сахаром и корицей и подает детям, чтобы они не просили чего-нибудь сладкого. Мужчина без работы подобен дереву без плодов, оно не имеет смысла или ценности. Я в отчаянии и не знаю, что делать».

Палестинское общество на оккупированных территориях было бедным еще до коронавируса, и кризис сильно ударил по нему. По оценкам экономистов, уровень бедности в Газе составлял около 75% до кризиса, а на Западном берегу он составлял около 34%. По данным Центрального статистического бюро, безработица в Газе на конец 2019 года составляла 43%, а на Западном берегу — 14%. Уровень безработицы среди молодежи был около 52%. На данный момент еще нет точных данных, но по предварительной оценке уровень безработицы среди молодежи уже более 80%, а общий уровень безработицы вырос в два раза, судя по всему.

По словам Зуаби Зуаби, директора центра Wyam, в Вифлеемском округе, где проживает около 200 000 человек, до эпидемии коронавируса уровень безработицы составлял 20%, а в настоящее время он достиг 90%. Минимальная заработная плата на оккупированных территориях — 1450 шекелей в месяц.

Доктор Самир Хазбон, экономист и директор торгово-промышленной палаты Вифлеемского округа, говорит: «Уровень жизни на оккупированных территориях очень низок по сравнению с Израилем или с западными странами, но он не так низок, если сравнивать с Египтом, Сомали или другими развивающимися странами. Без Израиля уровень жизни на территориях был бы намного ниже».

Самир Хазбон добавляет: «В Израиле на каждого работающего человека приходится в среднем по два иждивенца. У нас каждый работающий человек содержит пятерых членов семьи, а заработная плата гораздо ниже. Как только нет зарплаты, уровень бедности растет. Во время эпидемии коронавируса люди покупают хлеб через два дня после выпечки, потому что свежий хлеб стоит четыре шекеля, а через два дня его продают за 1,5 шекеля. Дошло до того, что люди даже хлеб не могут купить.

«В Палестинской автономии принято решение предоставить субсидии в размере 500 шекелей в месяц очень бедным семьям, которые вынуждены жить на эти деньги на протяжении месяца. Такая нищета приведет к появлению рабского труда на рынке».

Монираба Касис, преподаватель кафедры социальной работы Вифлеемского университета и социальный работник, объясняет: «Города сильно пострадали. Полученных людьми пожертвований не хватает на целый месяц. Сегодня на оккупированных территориях люди по-настоящему голодают. Некоторые ложатся спать без ужина, им нечего есть.  В некоторых семьях делят еду на небольшие порции в течение дня, чтобы не умереть от голода. Мы — стойкий народ. Бедняки не обращаются за помощью, они очень гордые».

Монираба Касис продолжает: «Вифлеем пострадал больше всего, потому что его экономика основана на туризме. Все гостиницы и рестораны уволили сотрудников. Магазины, фабрики, таксисты, рабочие — все пострадали. Город практически парализован. «Даже в сфере образования платят половину зарплаты, даже в частных школах. Обычно учитель зарабатывает 2500 шекелей в месяц, если у него есть степень бакалавра. Но сейчас зарплата составляет 1250 шекелей в месяц, и целые семьи живут на эту сумму».

Касис говорит, что в наиболее тяжелой ситуации оказались пожилые люди и семьи людей с ограниченными возможностями, которые получали поддержку от различных учреждений, тоже пострадавших от кризиса, что сделало невозможным выплату субсидий. Она добавила: «Мы помогли друг другу выжить. Люди делились тем, что у них есть. В эпоху коронавируса возникла новая проблема: многие пациенты не лечились и не могли покупать лекарства, и состояние их здоровья ухудшилось. Министерство здравоохранения не может предоставить дорогостоящие препараты, необходимые для лечения диабета, болезней сердца и рака.

«Люди получали пожертвования через комиссии по чрезвычайной ситуации и покупали некоторые лекарства. Лагеря беженцев получили поддержку от БАПОР (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам), продовольственные наборы и купоны на 35 шекелей. И это все, потому что бюджет БАПОР урезали. Также ухудшилось положение сотен тысяч семей, получавших поддержку от Палестинской автономии. Возможно, нынешний кризис и временный, но проблема бедности давняя, и ситуация становится все хуже».

Зуаби подтверждает слова Монирабы, говоря: «Мы стали нищим народом, живущим на пожертвования. Одни семьи помогают другим. Те, у кого что-то есть, делятся с теми, у кого ничего нет. Но так жить нельзя. Палестинская администрация выплачивает нуждающимся семьям 111 шекелей в месяц, это мизерное пособие, но на большие выплаты нет средств. Мы живем в режиме выживания, в состоянии «сумуд» (Сумуд — от слова «стойкость» на арабском — идеологическая и политическая стратегия, зародившаяся в палестинском обществе после Шестидневной войны 1967 года. Прим. переводчика). Мы должны найти способ выживать и дальше. Без солидарности между людьми мы бы умерли от голода.

«Есть опасение, что после эпидемии произойдет всплеск насилия и преступности. У некоторых людей нет даже хлеба. Коронавирус — это временная проблема. Последствия эпидемии будут гораздо серьезнее».

Все респонденты согласны, что проблема безработицы и бедности на оккупированных территориях существовала и до коронавируса, но она значительно обострилась. По их словам, основные причины безработицы связаны с оккупацией.

Самир Хазбон говорит: «Есть много образованных палестинцев, но рабочих мест нет. Палестинская экономика не может обеспечить рабочие места. На рынке труда есть 30-35 тысяч выпускников университетов каждый год, но в лучшем случае — 15 000 рабочих мест. 20 тысяч выпускников университетов остаются безработными. Некоторые из них работают в Израиле простыми рабочими. Есть стоматологи, работающие официантами или уборщиками в гостиницах за 1000 шекелей в месяц. Бедность идет рука об  руку с примитивностью образа жизни, и у людей уже не остается шансов на свободу, на принятие собственных решений и на независимость.

«Сегодня бедность обрушилась на всех. Но в сельской местности, благодаря особой структуре общества и наличию небольшого количества земли возле дома, люди питались собственными овощами и яйцами, поддерживали друг друга и не голодали. В деревнях все знают всех. В городе вы можете жить в доме и не знать соседей. В городах и в лагерях беженцев люди голодают».

«Будущее очень страшит. Нас ждут тяжелые последствия. Люди потеряют веру в палестинскую администрацию, потому что она не сможет отреагировать на их нужды и бедность. Мы рассчитываем на пожертвования из-за рубежа, но сейчас все страны переживают тяжелые времена. Есть много учреждений, получавших поддержку от Италии, но сейчас Италия сама нуждается в помощи. Поэтому уровень бедности вырастет еще больше».

«Многим людям платят меньше минимальной заработной платы. Это касается воспитателей детских садов, секретарей частных клиник, клерков юридических фирм и  горничных в гостиницах, убирающих за день в 20-25 номерах. Швеям платят 800 шекелей в месяц. Из-за отсутствия работы и повальной безработицы люди готовы работать за такие деньги, но это рабство».

По словам Зуаби, еще одна серьезная проблема заключается в том, что все банковские операции были приостановлены, включая денежные переводы от людей, живущих за границей и отправляющих деньги родственникам. Он считает, что это тоже привело к кризису.

Он сказал: «Ситуация также ухудшится из-за прекращения помощи из-за рубежа. Мы превратились в голодающих. Это приглашение к медленному самоубийству и росту преступности. Если мир и арабские государства не протянут нам руку помощи, разразится серьезная гуманитарная катастрофа». Доктор Хазбон тоже не слишком оптимистичен, но он надеется на стойкость палестинского народа. «Я верю и надеюсь, что угнетение и бедность объединят палестинский народ во всем мире, где бы ни находились его представители. Я не вижу другого выхода из нашей ситуации», — сказал он.

Оригинал на сайте «Мекомит»

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x