Арт-политика

Борис Зайдман .Фото: Эдуард Капров.

Борис Зайдман и его портреты

"Говорят, человек возвращается на круги своя в каком-то возрасте и понимает, что ни от чего нельзя убежать. Ни от своей культуры, ни от своего языка, ни от своих родителей. Хотя мои дети не говорят на русском ..."

Посетители кафе «Нехама ва Хеци» (ул. Эхад Ха Ам 144, напротив театра Габима) в Тель-Авиве видят на стенах заведения необычную экспозицию. Здесь представлены 11 портретов известных русских и советских поэтов и поэтесс с цитатами из их стихов на иврите. Я связалась с автором этой идеи и портретов — писателем, переводчиком и преподавателем Борисом Зайдманом.

Борис репатриировался в Израиль из Кишинева в 1975 году, в 12-летнем возрасте. Окончил академию искусств «Бецалель», затем открыл свою студию, работал графическим дизайнером и копирайтером в крупных рекламных агентствах Тель-Авива. 12 лет назад взял мастер – классы по написанию текстов у писателя Эшколя Нево. С тех пор выпустил 3 романа на иврите и стал заниматься профессиональным переводом русской поэзии на иврит. Его роман «Хемингуэй и дождь мертвых птиц» о советском подростке и эмиграции в Израиль в 70-ые выиграл приз Акум и был переведен на 6 языков.

 

Перевел на иврит повесть А.С. Пушкина «Капитанская дочка». Перевел много стихов и песен Владимира Высоцкого, читал лекции о его творчестве. В 90-ые годы сотрудничал с Аркадием Духиным и оформил ему диск с переводами песен Высоцкого «Хочу и буду».

Сейчас Борис читает лекции, преподает  в колледже Семинар Ха Кибуцим, преподает литературу, иврит и ТАНАХ в израильской средней школе в Тель-Авиве. В той самой, которую он окончил. И в которую пришел, когда не знал ни одного слова на иврите.

11 портретов поэтов для выставки «Поколение обреченных» были сделаны еще 30 лет назад для финального проекта в Бецалеле. Для проекта Борис выбрал плеяду писателей и поэтов 19-го и 20-го веков, которые закончили свою жизнь трагическим образом: Александр Пушкин, Михаил Лермонтов, Александр Блок, Николай Гумилев, Велимир Хлебников, Сергей Есенин, Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Анна Ахматова, Владимир Маяковский, Владимир Высоцкий.

Портреты выполнены в стиле резьбы по дереву, в технике художника Фаворского. Борис выполнил портреты на платах PVC и специально для выставки подготовил вариант для печати.

— Как родилась идея выставки?

— В конце 2019 года я сидел в своем любимом кафе в Тель-Авиве «Нехама ва хеци». Я очень люблю в нем работать, оно очень удобно именно для работающих за компьютером людей. Это кафе предоставляет свои стены художникам. И я обратился к куратору выставок, ему подошла тема, хотя он не был знаком со всеми поэтами. У меня заняло около месяца все подготовить. Я выбрал писателей, которым именно  власть,  императорская, а потом советская, «помогла» закончить жизнь неестественным образом. Они были просто невыгодны властям. Пушкину помогли, подтолкнули к дуэли. Есенину помогли повеситься в гостинице Англетер, Маяковскому… Высоцкого настолько ограничили , что он не мог прожить без алкоголя и наркотиков.

— Почему в список включена Анна Ахматова, которая умерла своей смертью ?

— Мне было очень важно включить ее в эту плеяду. Без нее этот список был бы неполным. Ее звено было для меня обязательным и однозначным. Мне было важно,  чтобы в эту плеяду были включены Ахматова и Цветаева.

— Какая техника использована в портретах?

— Портреты выполнены в стиле резьбы на дереве и на линолеуме. Затем это было отпечатано , как в свое время печатали русские резчики по дереву. Печать была отсканирована и к этой печати прикреплена в типографии цитата из стихотворения.

Я отдал все портреты близкому другу фотографу Исраэлю Коэну, и он сделал качественные репродукции для распечатки, которые и представлены на выставке. Оригинальные портреты находятся у меня и выставлены на продажу. Есть несколько ручных отпечатков. Пока никто ими не заинтересовался. Но это побочная цель.

— Как вы выбирали цитаты из стихотворений каждого поэта?

— Я стал искать их на русском языке и выбрал те, которые были мне ближе всего. Все переводы я сделал за одну ночь, настолько я загорелся и вдохновился этой идеей. В процессе поиска я нашел близкую моему жизненному настрою цитату у каждого.
Например, у Лермонтова мне была близка цитата: «А он, мятежный, просит бури, Как будто в бурях есть покой!»

Я искал фразы, которые трогают меня и такие, которые поймет израильская публика. Ведь перевод — это в своем роде, как написать стихотворение заново. Потому что нужно сохранить сам ритм, рифму и мелодию. И нужно, чтобы ивритоговорящий человек мог понять, о чем идет речь. Потому я искал универсальные отрывки, которые говорят о любви, об отношениях между людьми, полами и народами. То есть что-то, что может каждый человек взять для себя, не зная русского языка и понять, о чем идет речь.

— В каждом стихотворении расставлены огласовки.

На иврите стихи всегда должны быть представлены с огласовками. Никто из нас не умеет их расставлять правильно. Для этого я обратился к очень эрудированному человеку, который досконально знает правила огласовок.

— Как сложились ваши отношения с русским языком? Вы начали заниматься переводами 12 лет назад. А как обстояли дела с русским до этого?

—  Я приехал в 1975 году и пытался как можно быстрее сжечь все мосты и как можно быстрее стать местным. У меня не было друзей из России. Когда я окончил академию «Бецалель»,  начал возвращаться на круги своя.
Начал писать, и это меня привело к переводам. Мне захотелось переводить то, что я слушаю, то, что я знаю, и то, что я читаю. Я начал с переводов Евтушенко и Высоцкого, просто для себя, как хобби, и сегодня я уже профессиональный переводчик.

Высоцкого я знал со времен  студенчества и сразу загорелся его поэзией и пением.  А потом постепенно переключился на разные музыкальные группы, которых не знал до этого, например, ДДТ. Они — современные трубадуры русской ненормальной реальности. Когда я смотрю русские сериалы, у меня возникает чувство, свойственное многим эмигрантам, чувство любви и ненависти. И вопрос: «Как вы так живете»?

С другой стороны, я часто бывал на постсоветском пространстве и открыл для себя заново Питер и Москву, побывал на книжной ярмарке в Красноярске.

Говорят, человек возвращается на круги своя в каком-то возрасте и понимает, что ни от чего нельзя убежать. Ни от своей культуры, ни от своего языка, ни от своих родителей. Хотя мои дети не говорят на русском и бывшая жена не русскоязычная. Моя подруга жизни тоже не из русской алии. То есть все это остается во мне. Сегодня технологии забрали у молодежи сокровищницу литературы. В наше время мы читали без конца. Мы постоянно жили и живем в  мире книг.

-Выставка продлится до 20-го марта. А что дальше?

— Я ищу любое место, в любой галерее или музее. Я с удовольствием отдам выставку в новый дом и не ограничу ее во времени. Это может быть любая центральная библиотека в любом городе, которая захочет выставить эти работы, и я с удовольствием их предоставлю.

На  выставке — плеяда моих любимых поэтов.  На иврите есть выражение «Зе медабер эляй» (мне это близко). Я чувствую какую – то совершенно естественную связь с ними, с их  темами, оборотами речи, с их мнениями .  Я понимаю, вчитываясь в их строки, насколько человеческое общество может быть любвеобильным и подлым. Это современно, правда?

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x