Общество

Рони Даниэль на границе с Газой в 2009. Photo by Kobi Gideon/Flash90

Символ "идеального" Израиля

"Он был патриотом армии и патриотом Израиля в том смысле, который в наше время несколько затерся от слишком частого употребления и, особенно, злоупотребления этим понятием". Алекс Вассерман пишет о жизни израильского символа военной журналистики Рони Даниэля z"l, скончавшегося на минувшей неделе.

26 июля скончался Рони Даниэль, военный корреспондент новостной службы 12 канала. Для подавляющего большинства израильских граждан Рони Даниэль не был простым журналистом, периодически появлявшимся на экранах их телевизоров. Его характерный баритон на протяжении многих лет озвучивал самые драматические события в истории страны, от убийства премьер-министра Ицхака Рабина и до многочисленных военных операций в Ливане, Иудее, Самарии и секторе Газа.

Сама жизнь Рони Даниэля явилась некоей израильской ролевой моделью, сейчас уже концептуально отошедшей в прошлое, но которая сохраняется в мыслях израильтян как символ «идеального» Израиля, ушедшего в небытие.

Рони Даниэль родился в 1947 году Багдаде, столице Ирака, и в возрасте трех лет вместе с мамой репатриировался в Израиль. Отец Даниэля умер, когда ему было два месяца. Все детские и юношеские годы Даниэля прошли в киббуце Маоз Хаим, находящемся в долине Бейт-Шеана. Это один из первых израильских киббуцев, он был основан движением а-Кибуц а-Меухад в рамках проекта «Хома у-Мигдаль» (Стена и башня), в ходе которого киббуцы осваивали землю путем установки сигнальной башни и сооруженного вокруг нее забора, который защищал киббуцников от атак враждебного окружения.

В армии Даниэль служил в бригаде Нахаль, пройдя там путь от рядового и до командира взвода. Даниэль воевал на Южном фронте в Шестидневной войне, получил осколочное ранение в плечо, и тем не менее вернулся на поле боя. В Войне на истощение он воевал в должности командира роты. В Войне Судного дня он уже был военным корреспондентом израильского радио, и рассказывал радиослушателям о происходящем, в том числе находясь в первых рядах бойцов Голани, отвоевавших у сирийцев укрепленный пункт Хермон. Позже Даниэль, параллельно со своей профессиональной деятельностью, много лет занимал должность командующего батальоном в боевых резервистских войсках.

В средствах массовой информации Рони Даниэль довольно быстро занял пост ведущего военного корреспондента, и стал выделяться на фоне остальных коллег в этой сфере.  Его нередко называли своего рода пресс-секретарем ЦАХАЛя, и он явно гордился этим прозвищем, казалось бы обидным для журналиста. При этом Рони Даниэль указывал и на то, что он неоднократно критиковал армейскую политику, например в период самоубийственных терактов во время второй интифады и в ходе Второй Ливанской войны. Даниэль был патриотом армии и патриотом Израиля в том смысле, который в наше время несколько затерся от слишком частого употребления и, особенно, злоупотребления этим понятием. Армия был неотъемлемой частью его жизни, очень много часов он проводил в военных частях, входил с боевым подразделением в сектора Газа во время операции Несокрушимая Стена, по свойски беседовал как с простыми солдатами, так и с командующими Генеральным Штабом. Даниэль был совершенно своим человеком в армии, при этом опыт военной службы естественно способствовал его способности установить диалог буквально на всех уровнях армейской иерархии. Во время операции Литой Свинец Даниэль отказался покинуть место трансляции, когда в прямом эфире раздалась сирена, предостерегающая от падения ракет. Можно по разному расценивать этот поступок, но он еще раз подчеркнул личное мужество Рони Даниэля.

В стране, в который практически не бывает спокойных в плане безопасности времен, люди привыкли видеть на экране в телевизионном прайм-тайм авторитетную оценку событий от Рони Даниэля, и оценивать события через призму его сообщений — всегда авторитетных, всегда весомых и всегда эмоциональных, буквально пронизанных личностным отношением Даниэля к событиям.

Следует отметить и менее приятные стороны личности Даниэля. Бывало, что он демонстрировал нетерпение по отношению к коллегам, мог показаться и шовинистом. Это был «человек старого времени», и не все принятые сегодня нормы поведения стали для него стандартом.

После смерти Даниэля множество его коллег и знакомых рассказали о том, каким он был неравнодушным и надежным человеком, на которого всегда можно было положиться — то, что называется на идише «менч». Даниэль всегда принимал деятельное участие в жизни коллег, включая решение их самых деликатных личных вопросов. Рони Даниэль помог множеству коллег в начале их карьеры, он всегда старался обратить свой авторитет в профессиональных кругах для помощи молодым дарованиям в сфере журналистики.

Киббуцник, солдат, офицер, журналист, «менч», неофициальный посол армии на центральном телевизионном канале — все это было Рони Даниэль. Он был неоднозначным человеком, не надо видеть всю его деятельность лишь в радужном свете, однако он был человеком, который оставил неотъемлемый отпечаток на то, как поколения израильтян воспринимали текущие события в сфере безопасности. Он оставил множество коллег, которые искренне считали его своим другом, ментором, человеком на которого можно положиться в самых сложных и щекотливых ситуациях.

На церемонии похорон Рони Даниэля министр обороны Бени Ганц, хорошо знавший его лично, перефразируя одну из самых известных и любимых песен Арика Айнштейна, сказал следующие слова, емко и точно характеризующие то, кем был Рони Даниэль:

«В мире, между фальшью и правдой, была в нем любовь. Любовь к стране, к друзьям, к сельскому хозяйству и семье. Любовь к исраэлиюту (израильской идентичности).

Пусть тебе земля будет пухом, Рони.

Нам уже тебя не хватает»…

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x