Женская территория

Фото: Jeanne Menjoulet, Париж

Год MeToo

"Бэклеш", маятник, качнувшийся в другую сторону после флешмоба #MeToo, может аннулировать позитивное влияние этого движения на наше общество: многие консервативно настроенные люди встают на сторону "обвиненного в домогательствах", чтобы противостоять "распространению феминизма". Но то, что женщины уже не молчат, является несомненным достижением, которое аннулировать невозможно.

Всего год назад возникло движение #MeToo («хэштег ми-ту» — «и я тоже» по анлийски), которое объединило женщин, рассказавших публично о домогательствах со стороны мужчин, вне зависимости от давности случившегося. Среди откровений, опубликованных под хэштегом в Твиттере и Фейсбуке на разных языках, были миллионы свидетельств о различных формах насилия и унижения, как в профессиональной, так и общественной среде. Движение, возникшее в связи с разоблачением голливудского продюссера Харви Вайнштейна (который, как выяснилось, был замешан в серии сексуальных домогательств), охватило весь мир подобно лесному пожару.

Мы также писали об этом тогда на сайте РеЛевант: «Кампания сумела достичь двух важных целей: 1) продемонстрировать колоссальные масштабы сексуальных домогательств и насилия, которым подвергаются женщины во всем мире; 2) позволить женщинам, молчавшим все это время, рассказать о том, что с ними произошло — при поддержке других женщин в социальных сетях. Либо в виде личной истории, либо просто в качестве признания, позволяющего преодолеть стыд.  Не секрет, что именно стыд, связанный с сексуальным насилием, вынуждает жертвы молчать и не рассказывать о пережитом. Эта кампания также позволяет участницам социальных сетей, не принимающим в ней участие, просто читать свидетельства других женщин под этим хэштегом и не чувствовать себе в одиночестве — ведь подобное происходит со многими женщинами во всем мире».

Кажется, ни одна область жизни не осталась в стороне — если в начале речь шла об актрисах, людях шоу бизнеса, то сейчас, к примеру, опрос показал, что около трети женщин, работающих в сфере финансов, пострадали от сексуальных домогательств на работе.

Тем не менее, немало флешмобов были забыты вскорости после их окончания (многие ли, даже в русскоязычной среде,  помнят предшествующий #MeToo флешмоб «янебоюсьсказать»?), поэтому было неясно, каково же будет реальное влияние этой кампании на западное общество,  и не будет ли она забыта, не вернется ли все «на круги своя».

С тех пор прошел год. Как бы вы не относились к флешмобу — невозможно не признать, что он изменил наше общество. Мир уже не станет таким, каким был до #MeToo. Анна Талисман, социальная работница, активистка феминистического движения, объясняет: «Дискурс стал гораздо более острым, но при этом и мужское сопротивление становится все более яростным. Процесс повлиял на осознанность и активность женщин, а с другой стороны, мы оказались в эпохе пост-морали, когда невозможно аппелировать к совести и состраданию. В ответ на требования женщин изменить нормы поведения, мужчины изменили свое отношение — но по-разному. К примеру, Дональд Трамп символизирует реакцию «ачетакова», «да, я такой и мне не стыдно». Это еще больше обостряет противостояние». Действительно, невероятно количество реакций мужчин на флешмоб выглядит как обида на то, что нельзя уже и подомогаться женщин, не влипнув в неприятности. Как написала одна из израильских феминисток, многие не помнят, что атаковали сексуально женщину много лет назад — просто потому, что для них это было обыденное действие, как завтрак. Никто же не помнит, что он ел на завтрак 30 лет назад. Но дело в том, что женщина — не омлет, а живой человек (видимо, не всем говорящим «ачетакова» доступно понимание этого факта). Мы-то все помним — потому, что такое забыть невозможно. Даже если милосердная память стерла подробности, многие женщины внутренне сжимаются и испытывают стресс, заходя в лифт с мужчиной, или когда мужчина садится рядом с ними в общественном транспорте, или если кто-то идет за ними на улице, или в других ситуациях. Травма сделала свое черное дело, тело — помнит.

Дженифер Полякова, активистка, автор сайта РеЛевант, отмечает роль флешмоба в формировании нарратива в СМИ: «Без изменения общественного мнения — не будет и общественного давления. Если взять прессу, мы увидим, что в последний год  журналисты больше не используют такие термины, как «убийство на романтической почве». Они также отказались от виктимблейминга — фраз в статье, должных как бы намекнуть читателю, что жертва «не невинная овечка». Это была распространенная практика, но она прекратилась.
Средства массовой информации прошли долгий путь в этом вопросе. Среди журналисток также есть пострадавшие от домогательств, и сегодня они уже не молчат.

#MeToo придал женщинам сил и веры в себя, более того, многие поняли только после него, что пережитое ими имеет название и является преступлением. Потому что многие вообще не понимали, что именно с ними случилось, и не могли понять, отчего так травмированы, и тем более — начать работать со своей травмой».

Интересно, что со временем у #MeToo появились и «дочерние» флешмобы, об одном из них «Я не жаловалась» мы недавно писали.

Ася Истошина, журналистка, активистка исследовательница организации «Иша ле-иша», видит главное достижение флешмоба в том, что женщины начали говорить об этом между собой. Естественно, влияние «новых веяний» распространяется шире, но именно это и приводит к противостоянию многих влиятельных мужчин. Автор этих строк, к примеру, считает, что «бэклеш», маятник, качнувшийся в другую сторону, может аннулировать позитивное влияние флешмоба с той точки зрения, что многие консервативно настроенные люди встают на сторону «обвиненного в домогательствах», чтобы противостоять «распространению феминизма» (см. историю с Бретом Кавано). Но то, что женщины уже не молчат, является несомненным достижением, которое аннулировать невозможно.

Это верно даже по отношению к странам или общинам, в которых влияние кампании #MeToo было очень ограничено. К примеру, вот что пишет палестинская журналистка Абир Аюб в своей статье: «В этом году женщины стали говорить о домогательствах, которые они пережили. Они начали снимать на видео людей, которые их атаковали, писать о них в соцсетях, разоблачать их. Все это было невозможно до #MeToo, прежде чем женщины решили разрушить этот барьер, и особенно — в арабском мире, где разговоры о сексуальных домогательствах являются табу».

 

Обсудить на Facebook
@relevantinfo
Читатели, которым понравилась эта статья, прочли также...
Закрыть X
Content, for shortcut key, press ALT + zFooter, for shortcut key, press ALT + x